WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |

«Владимир Авдеев ФИЛОСОФИЯ ВОЖДИЗМА ...»

-- [ Страница 2 ] --

Ганс Люффт (1892-?) говорил в этой связи, что «все сверхъестественные дарования вождя не могут быть использованы, когда он находится в состоянии непроходящего переутомления. Тогда вождь перестает быть вождем». Усталость может быть следствием хронического недосыпания, усиленного монотонностью деятельности лидера, а также необходимостью при этом постоянно принимать неординарные творческие решения. В высших интересах самого вождя и максимального использования его потенциала необходимо «научиться индивидуально восстанавливать умственную эффективность при каждом удобном случае». Люффт ссылался на трагический пример генерала Людендорфа и соглашался с военным психологом Гансом фон Хентигом (1886-?), что полное умственное и психическое истощение офицерского корпуса содействовали поражению Германии в Первой мировой войне. Данный комплекс проблем был представлен следующим образом.

1. Недостаток сна. Люффт подтверждал общее мнение, что вождь должен приучить себя к шести-восьмичасовому сну для оптимальной регуляции циклов «работа-отдых» и, если это возможно, обходиться без специальных стимуляторов активности. Этот период абсолютного отдыха должен быть уважаем и соблюдаем его ближайшим окружением, и никем не должен быть нарушаем до естественного прерывания. Точно так же нужно учитывать, что пересыпание больше вредит организму, чем его хронический недостаток.

2. Ослабление творческих потенций. Хроническая усталость может вызвать энервацию (изнеможение) вождя, что повлечет за собой неминуемый распад всей созданной им политической или военной иерархии. У подчиненных исчезнут мотивы к уважению лидера, а это категорически недопустимо. Вождь должен регулярно сообщать всей своей иерархии подчинения витальный тонус. Поэтому сам переход от работы к отдыху не должен вызывать у него чувства горечи или разочарования. Во время этого переходного периода вождь должен позволять себе удовольствие от занятий спортом, при полном переключении интересов с основной работы, чтобы все биологические ресурсы организма были временно направлены на поддержание психофизической формы. Лучше всего использование комплексного отдыха в сочетании с различными видами спорта и непременными водными процедурами. Активное времяпрепровождение должно сочетаться с принятием здоровой пищи, здоровым сном и общением с близкими друзьями в неформальной обстановке. Все это способно улучшить морально-волевой настрой вождя и придать ему новые силы.

3. Монотонность и рутина лидерства. Они в свою очередь ведут к потере стимулов к руководству и притупляют сам вкус власти. Это также чревато негативными последствиями как для самого вождя, так и для всего его окружения. Необходимость постоянно принимать решения и вращаться в кругу одних и тех же людей ослабляет остроту его восприятия и постепенно начинает отрицательно сказываться на самооценке. Этого можно избежать, если заняться легкими видами спорта, например, теннисом, волейболом или шахматами, которые предусматривают частую смену партнеров, что ведет к развитию умственной эластичности. Музицирование, искусство, эстетический отдых, смена окружающей обстановки, изучение новых методов и принципов науки также благоприятно сказываются на умственной энергетике вождя, придавая доходчивость его суждениям и легкость их восприятия подчиненными.

Философскую канву технологии вождизма наиболее полно разработал Эрих Рудольф Енш, который указывал на необходимость постоянного обновления лидером своего идеологического арсенала. В биофилософском ракурсе вождь должен быть уподоблен хищнику, питающемуся свежей кровавой мякотью активных доктрин, а не тухлой падалью дискредитировавших себя устаревших иллюзий. Он писал: «Один тип душевной культуры определяет в каждую эпоху национальный характер. Главное занятие нашей эпохи – это исцеление основного национального типа. Идеи сами по себе бессильны и бесплодны, если они не связаны с физическим бытием. Только в чистой плоти и крови могут благополучно развиваться чистые идеи. Необходим поход против старого, смешного и бессильного идеализма. Этот идеализм следует подковать снизу, чтобы придать ему устойчивость и силу. Достойны уважения только сильные идеи, которые могут господствовать и побеждать. Мир идей человека зависит не только от духовных факторов, но и от его общего бытия. Это общее бытие включает в себя и физическое бытие как предпосылку идейного мира. Надо сохранять в чистоте это общее бытие человека, включая и физическое, чтобы сохранить чистоту идей. Наконец, следует внести изменения в мир идей, недостаточно одни идеи заменить другими. Этого недостаточно также и для того, чтобы сохранить в чистоте новые идеи. Но то и другое непременно требуют изменения общего бытия. Учение о крови и расе представляет собой самую острейшую противоположность всех современных форм философского идеализма, которые утверждают примат сознания и идей над бытием. В действительности существует обратное отношение. Учение о крови и расе доказывает примат человеческого общего бытия, включая и его элементарные, особенно врожденные детерминации над миром идей. То же самое доказывает и современная психология, устанавливая нерасторжимую связь между самыми элементарными и низшими психофизиологическими процессами и самыми высшими формами идейной жизни. Поэтому не должно быть бездны между психологией и автохтонной расовой биологией: обе должны работать рука об руку».

Свою философскую концепцию вождизма Енш называл «реалистическим идеализмом». Таким образом, был сделан вывод, что вождь представляет собой концентрированное выражение всех наследственных задатков расы».

К числу других крупнейших разработчиков философских аспектов доктрины вождизма принадлежали такие ученые, как Ганс Бернхард Брауссе, Карл Рихард Ганцер (1909-1943), Курт Гессе (1894-?), Ганс Альфред Грунски, Эдуард Шпрангер (1882-?), Герхард Пфалер (1887-?), Бруно Петерман (1898-1941), Фридрих Зандер (1889-1939), Вальтер Мальмстен Шеринг (1883-?), Вилли Гуго Гельпах (1877-1955), Эрих Машке (1900-?).

Вождь как квинтэссенция расы

Однако нужно отметить, что именно классическая расовая теория впервые занялась кодификацией высших ценностей и волевых задатков нордической расы, составляющей исторически ядро немецкого народа. Расовый теоретик того времени Андреас Пратье указывал: «Народом должны управлять люди, вышедшие из народа, люди, корни которых уходят глубоко в недра народа, из которого эти люди черпают свою силу. В области воспитательных мировоззрений государство не может допустить исключений, и основы этого мировоззрения нельзя толковать вкривь и вкось... Преподаваться будут не социальные науки, не социопедагогика, не история наших дней, не индустриальная педагогика, а народоведение, защитная география, границеведение, расоведение».

Крупный специалист в области расовой гигиены Фриц Ленц, помимо аспектов позитивной педагогики, выделял решающее значение отбора: «Неравенство между людьми зависит от их наследственной структуры, а эта последняя не может быть преобразована простым путем... У индивида она не может быть изменена вовсе, а у расы она может быть изменена только посредством отбора». Другой расовый теоретик барон Отмар фон Фершюр выводил своего рода евгенический идеал, согласно которому это «этически зрелый и вполне религиозный человек, добросовестно выполняющий физическую и умственную работу, выпавшую на его долю». Его поддерживал Фридрих Флинтер: «Борьба с вырождением ведет к отбору по телесному и духовному здоровью, добросовестности мировоззрения и особенно у высшего чиновничества - по умственным способностям». Поэтому человек, не прошедший отбор по столь элементарным качествам, может навсегда забыть о лавровом венке триумфатора. Цель же этого иерархического отбора Альфред Розенберг обосновывал с предельной ясностью: «Государство, отдающееся заботе о своих лучших расовых элементах в эпоху отравления расы, должно однажды стать господином мира».

Начальник Расово-политического департамента НСДАП Вальтер Гросс (1904-1945) подчеркивал: «Уникальная сила крови, потерянная единожды, никогда не может быть обретена вновь, ибо кровь несет в себе боговдохновенный эликсир жизни. Оскверненная единожды она не подлежит исцелению». Сходную мысль высказал и Эрнст Крик: «Кровь для человека является его вечным наделом, символической основой существования, а также представлением о потоке жизни, из которого он способен приблизиться к свету, духовности и знанию».

Ф. Хердт считал, что расовое ядро народной общности является необходимым условием для проявления государством экспансионистской политики, так как в самой крови заключена способность к силовому воздействию на окружающую действительность. Противостоять миру и изменять его в соответствии со своими наследственными задатками – отличительная черта нордической расы. Именно этот биологический принцип и был заложен в основу новейшей политической доктрины. Мощь государства должна опираться на консолидированные инстинкты своих граждан.

Генрих Гизельбуш в своей работе «О нордической идее» (1939) предлагал анализировать расовый архетипический характер в «условиях, когда действуют силы, на которые человек не может повлиять». Именно в этой ситуации проявляется наследственная жесткость характера и общая жизнеспособность. «Как ни один другой расовый тип нордический человек предрасположен к самоутверждению в жесточайших конфликтах с судьбой. Именно в таких ситуациях он осознает свою ценность и ответственность. Он противостоит как существо той же природы всем силам в мире. Чувство личности – основа правдивости нордического человека. Он не может оставить ни одну область жизни жертвой произвола. Его поведение в опасных ситуациях – вопрос воли. Его убеждения являются для него одновременно обязанностями. Он меняет свою точку зрения только по внутренней необходимости. Чем выше достижения, тем прочней должен быть их фундамент: личность творца. Дисциплина творчества вырастает из корня нордической личности – свободы. Свобода и дисциплина обуславливают друг друга в неразрывном взаимодействии. Нордический человек делает свое дело не как раб или слепое орудие, а с чувством ответственности».

Нордический человек воистину хозяин своей судьбы, и это отличает его от всех прочих. Метафизические и расово-биологические аспекты самого феномена воли развил расовый теоретик Франц Шаттенфро в книге «Воля и раса» (1943). «Не воля должна повиноваться разуму, а разум должен повиноваться воле. Воля индивидуума – не что иное, как выражение его происхождения и расы. Из внутренних взаимосвязей между телом, душой, духом и волей явствует, что классификация рас применима и к воле. Почти все народы Европы оказываются смешанными, но самой ценной в них является кровь нордической расы».

В теоретических изысканиях Шаттенфро явственно слышатся тона шопенгауэровской философии: «Духовные различия между типами людей и отдельными людьми в рамках этих типов, это не различия мозга, а различия воли. С искажением типа воли в человеке безвозвратно гибнет вся истинная мудрость». Это вновь и вновь приводило теоретиков вождизма к устойчивому убеждению, что вождь должен быть квинтэссенцией наследственных задатков своей расы. Вождь и его последователи должны принадлежать к одному биотипу, в противном случае их воли вступят в разрушительный диссонанс, что будет иметь печальные последствия для всего социального организма общества.

Эту корневую идею в сходной форме высказал и военный психолог Эрих Цилиан в статье «Раса и психологический отбор кадров в Вермахте» (1938): «Армия – это форма жизни, расово обусловленная, как ни одна другая. Каждый народ имеет свой, соответствующий его расовым силам, формирующим волю, солдатский идеал. Чуждый по крови вождь немецких солдат был бы невозможен даже во времена, не обладавшие таким расовым сознанием, как наше. Но решающее влияние оказывает не внешний образец, а внутреннее содержание сознания. Через него раса выполняет свою вечную задачу для каждой отдельной личности».

Официальный философ войск СС Альфред Эйдт (1907-?) в теоретической работе «Смысл разрешения на брак» (1937) рассмотрел основные принципы вождизма с точки зрения теории наследственности и евгеники, с тем чтобы на основе новых мировоззренческих установок содействовать формированию руководящего слоя с устойчивыми генетическими задатками. «Разрешение на брак – это государственное дело и в конечном счете расовый вопрос. Дурная наследственность делает расу неполноценной, она превращается в мешанину низких людей, которые хорошо себя чувствуют при любой власти, хорошей или плохой, лишь бы они могли удовлетворять свои низменные потребности. Наша идея предназначена только для хороших, внутренне здоровых людей. Здоровое продолжает действовать, потому что плодотворно, а гнилое разлается. Остается лишь один путь: оттеснить гнилое, распространяя здоровое. Это высокая задача народа и расы. Я обязан перед своим народом, потому что я – часть его».

Становится совершенно очевидным, что сложнейший комплекс идей на стыке педагогики, социологии и психологии представлял собой совершеннейшую развитую философскую концепцию вождизма, которая возникла не в одночасье по воле неких сверхъестественных сил, а осознанно и планомерно развивалась в немецком обществе более ста лет усилиями академических и университетских ученых.

Поэтому, исходя из задач раскрытия темы, заявленной нами в названии, будет вполне уместно проанализировать основную речь Адольфа Гитлера на Нюрнбергском конгрессе Национал-социалистической германской рабочей партии, проходившем 5-12 сентября 1938 года. В данном случае нас будет интересовать анализ речевого воздействия на свой народ вождя Третьего Рейха для выявления исходных психологических установок, берущих свое начало еще в социальных науках XIX века. Данный съезд признавался особенным и судьбоносным самими лидерами национал-социализма, а речь Фюрера – наиболее концентрированным выражением всей идеологии в целом.

В самом начале своего выступления Гитлер говорил о духовной связи старых бойцов, боровшихся за «овладение властью», и что только вера в будущее своего народа давала ему силы для борьбы, в то время как реальная политическая ситуация не вселяла никаких надежд на успех. Таким образом, мы здесь встречаем ссылки на инициатическую взаимосвязь народа и его вождя, а также подтверждение принципа «идеалистического реализма», которым должен руководствоваться последний. Также в традициях классического гербартианства Фюрер определял, что «для политического вождя и политического руководства нацией сильный характер, верное сердце, мужество, отсутствие боязни ответственности, ни перед чем не отступающая решимость и непоколебимая твердость гораздо важнее, чем отвлеченное знание». Именно на основе синтетического объединения этих психологических характеристик и возникает новое качество лидерства, которое в процессе отбора политической элиты изменяет весь психотипический портрет нации. Именно бескомпромиссность и решимость в определении критериев отбора позволила кристаллизовать в политическом движении лучшую часть нации и выбраковать негодный человеческий материал. Невиданная концентрация моральных достоинств новой политической гвардии сфокусировала в себе биологические позитивные задатки белой расы. «Наша партия должна была разрушить и вырвать с корнем тот, другой партийный мир. Она должна была объявить безжалостную войну классовым и сословным предрассудкам. Она должна была позаботиться о том, чтобы независимо от рождения и происхождения, сильный волей и талантливый немец мог бы найти доступ к высшим ступеням социальной лестницы».

Не обошел вниманием Гитлер и центральную тему мистического единения судеб вождя и народа, а также принцип взаимного делегирования полномочий, отметив в простой и доступной форме: «То, что несет один, несут все. Но то, что нести обязаны все, облегчает ношу каждого в отдельности».

Было отмечено, что сам немецкий народ с точки зрения расовых задатков не претерпел никакого изменения за время, прошедшее после Первой мировой войны, однако психологический климат и внешнеполитическое величие нации претерпели коренное изменение в лучшую сторону. В чем же причина? Ответ кроется, по мнению Гитлера, в качественном изменении принципов руководства нацией, в реорганизации всей структуры власти на основе управляемой воли политически активной элиты. Именно последняя возделала расовую ниву национальных психологических задатков, преобразив и переродив нацию. В этом и состоит та невидимая алхимическая работа, которая осуществляется вождизмом, высвобождая и управляя гигантскими психическими энергиями воодушевленных и пробужденных масс. Нация, ощутившая непоколебимую волю вождя, должна, таким образом, отвечать ему постоянной работой по своему качественному обновлению. Поэтому энергия и работа народа и его вождя замыкаются друг на друга, делая общий процесс возвеличивания необратимым, а взаимное делегирование полномочий, через взаимную же ответственность, служат скрепляющей системой гарантий. Именно в этом и заключена оккультная психоэнергетика вождизма. «Данный процесс требует от нас большой политической рассудительности. Он может удастся только в том случае, если весь народ, в своем единстве и полном согласии, принимает в расчет интересы каждого, чтобы тем самым служить целому», – указывал Гитлер.

Таким образом, в этой речи были обозначены все основные установки на обладание психическим богатством немецкого народа, воспитывавшегося в категориях вождизма со школьной скамьи. Немецкий народ услышал именно то, что хотел услышать. В этом и заключен принцип действия сакрального механизма власти. Вождь – это шаман, переправляющий души соплеменников в светлое завтра на невидимом ковчеге власти. В этом его единственное и прямое предназначение.

Государство как сосуд для народного духа

Теперь становится совершенно очевидным, что весь гигантский комплекс идей, оформленный в рамках вождеведения, не мог не произвести революционных изменений во всей структуре мировоззрения немецкого народа. Ибо весь народ, проникшись принципами новой научной философии, осознал себя призванным к выполнению провиденциальной миссии. Борьба – это путь к созданию новой действительности.

Альфред Боймлер в своей статье «Сущность власти» (1943), проанализировав силовое взаимодействие народов в мировой истории, а также идеологических форм борьбы, писал: «Войны определяют истинные соотношения между народами. Власть это не добро и не зло, потому что нет власти вообще. Власть порождение жизни. Ее можно назвать злом, если она основывается на ложных, противоречащих жизни предпосылках. Идеи, которые призваны стать политическими, должны находиться в объективном отношении к действительности. Мечта об абсолютном мире – «нечеловеческая мечта», потому что она возносится не только над фактической реальностью вообще. Сверхчеловеческое, которое не находится ни в каком ответственном отношении с человеком, действует самым роковым образом, как и недочеловеческое, если становится вместо человеческого. Идея вечного мира несовместима с такой реальностью, как народы. Власть сама по себе не плохая и не хорошая, она человеческая и должна следовать законам жизни».

Ни о каком тоталитаризме и мракобесии авторитаризма и речи здесь не может быть, как пытаются в том уверить нас демократические обществоведы, ибо Альфред Боймлер справедливо считал: «Высшая ценность политической власти – мера».

Антрополог и этнограф с мировым именем Вильгельм Мюльман в своей фундаментальной монографии «Война и мир» (1940) разобрал социально-политические причины возникновения вождизма в различных обществах, а также и расовые его основания и пришел к такому выводу: «Чтобы стать великим, народ должен быть талантливым, боевым и дисциплинированным. Эти качества не присущи в равной мере всем расам как дар природы. Они скорее являются следствием долгого воспитания прежде всего в процессе организованного ведения войн. Европы была местом сильнейшей концентрации очень активных и воинственных народов».



Таким образом, государство в условиях новой идеологической доктрины прочно заняло подчиненное положение по отношению к народу. Разработке данного тезиса была посвящена работа Альфреда Клемта «Народ и государство» (1936). Немецкое государство нового типа, по мысли автора, – это авторитарное государство во главе с вождем, построенное на национальной и расовой основе, однако сам принцип заложенный в основу его организации, – «органический». Под органическим принципом нужно понимать естественное неравенство граждан и разделение между ними государственных задач. «Семья, народ и раса – главные органические силы государства. Государство для нас это не неизбежное злое, которое следует ограничить минимумом, не внешний механизм и не бездушный аппарат власти, а всеобъемлющая форма жизни, в рамках которой тело, душа и дух нашего народа могут лучше всего развиваться в соответствии с его сущностью, но, с другой стороны, государство для нас – не автономное образование, не самоцель, а только средство достижения цели, только форма, сосуд, в котором немецкая жизненная и культурная субстанция должна обрести новую силу и новое величие. Кроме того, поскольку согласно нашей концепции народ и раса образуют то земное царство, в котором только и может возникнуть культура, и мы положительно относимся к государству только благодаря тем культурным ценностям, которые создаются в нем, так что для нас народ и раса – это единственные возможные носители государства в соответствии с естественной необходимостью».

Ученик крупного немецкого философа Карла Шмитта Эрнст Форстхофф (1902-1974) в своей нашумевшей программной работе «Тотальное государство» (1934) сформулировал основной принцип вождистского государства так: «Руководство – это всеобъемлющий политический процесс, который соединяет множество готовых к действию политических людей в лице вождя, превращающего их в своих последователей, но сохраняя неразрывную связь с ними. Руководство как тотальный жизненный процесс возможно только при условии экзистенциальной однородности, вырастающей из общности расы, истории и народной судьбы».

Ганс Хартман в брошюре «Идеальное государство» (1934) проанализировал историю возникновения различных форм государственности и также пришел к выводу, что государство во главе с вождем является венцом творения, апофеозом общественной организации. «Настоящий вождь постоянно черпает силы из глубинных народных источников, имеет мужество брать на себя ответственность безжалостно избавляться от собственных сторонников, если они оказываются негодными, и служит своему народу. Национал-социализм ставит обязательным условием руководящую роль государственного народа, который один и годится на эту роль по расовым задаткам, но не отнимает у других народов право жить по-своему».

Мы вновь и вновь убеждаемся, уважаемый читатель, в том, что добросовестное усвоение первоисточников по нашей теме существенно корректирует устоявшийся в современном обществе взгляд на идеологию национал-социализма как некое бесчеловечное исчадие ада. Напротив, Ганс Хартман, пропагандируя неогуманистические идеи, предлагал изучать государство биологическими методами, как живой организм. «Любой организм отличается прежде всего тем, что он сам себя поддерживает в порядке. Государство можно тоже понимать биологически. Так и в современном государстве во главе с вождем. Вождь – это решающая, ответственная инстанция, которая приводит в действие все передаточные механизмы. Он первый слуга государства, но не государства как самоцели, а как выражения жизни народа».

Главная задача вождистского государства – «стимулировать творческие способности нации».

Но пожалуй, глубже всех исследовал природу государства нового типа вождевед Ганс Альфред Грунски (1902-?) в монографии «Душа и государство» (1935). Согласно его концепции тип государственного устройства всецело определяется расовым типом души его создавшей. Отношения, закрепляемые законодательством в государстве, всего лишь отражают функциональные потребности архетипа доминирующей расы. Еще Платон первым сформулировал принцип, согласно которому «государство – спроецированный вовне порядок (или беспорядок) в душе и наоборот, душа – это государство внутри человека». Грунски подробно разбирает и анализирует психофизиологическую триаду Гербарта, подчеркивая: «Желание – злейший враг воли, а не ее подготовительная стадия, как утверждают многие. Для «я хочу» нет большей противоположности, чем «я хотел бы», когда душа воспринимает мираж как исполнение желания. Из «я хотел бы», никогда не родится действие». Весьма оригинально трактует автор и вопрос о творческом начале в вождизме. «Тщеславный человек делает из других зеркало для самолюбования, творческий человек превращает самого себя в зеркало для других».

Далее опять подчеркивается, что принцип вождизма не имеет ничего общего с подавлением личности: «Национал-социализм имеет вождя и исповедует принцип вождизма, но это не противопоставление узкой элиты бесформенной и бездуховной массе. Творческая сила разлита во всем народе. Те, кто возражает, что большинство людей может быть только последователями, а не вождями, упускают из вида, что человек не сможет быть даже последователем, если он не будет вождем самого себя».

Вождевед Грунски анализирует также и расово-психологические аспекты преодоления страха и переходит наконец-то к ключевому вопросу о ценностях, не решив который невозможно создать полноценного вождя. «Поэтому смешны те выродившиеся европейцы, которые ищут духовного спасения на Дальнем Востоке у того же Лао-Цзы. Они думают, что их трусость и слабоволие делают их подходящими последователями его учения. Но перейти на чужой психический ритм невозможно. Восточная мечта либералов может осуществиться лишь в том случае, если им, как говорил Фихте, отрежут головы и приставят другие, в данном случае китайские, в которых не будет больше ни одной арийской идеи. Кровь – это то, что душа постоянно носит с собой и что неизбежно влияет в любой момент и повсюду».

С учетом возникновения новой концепции государства автоматически возник и вопрос о новой элите, способной удовлетворять жестким требованиям руководства, основанным на принципиально новых критериях.

Равные среди неравных

Будущую элиту планировалось создавать на основе выпускников школ Гитлерюгенд. Выпускник первой ступени обучения в двенадцать лет проходил тестирование на предмет выявления способностей к руководству и тогда только получал право обучаться до 18 лет. Следующий уровень обучения длился до 25 лет, после чего выпускник получал право жениться и стать полноправным членом ордена СС.

Отбор на всех ступенях обучения проводился на основе оценки качества здоровья и общих хороших физических кондиций организма. Обучение было бесплатным, мало того, национал-социалистическая партия платила за учебники, униформу, питание, содержание и даже выдавала ученикам карманные деньги.

По результатам обучения не выдавалось никаких дипломов и сертификатов. Кроме того, в процессе обучения не предусматривались никакие экзамены, ибо предполагалось, что весь процесс обучения является важным, и в нем нет и не должно быть второстепенных или наоборот более значимых элементов. Науки на всех этапах их прохождения, преподаваемые адептам вождистского порядка, важны в деле создания элиты государства нового типа. Не объем знаний, но сила характера выпускников считалась их главным достоянием, служащим пропуском в большую жизнь.

«Равными среди неравных», назвал новую элиту крупнейший австрийский философ Отмар Шпанн. «СС занимают совершенно самостоятельную позицию внутри движения» - значилось в одном из первых приказов.

Новобранцы войск СС должны были в первые же дни доказать свое соответствие строгим физическим и моральным требованиям. Например, Зепп Дитрих, до 1944 года командир лейбштандарта (полка войск СС) принимал мужчин в возрасте от 23 до 35 лет, а не юнцов со школьной скамьи. Все они должны были иметь рост минимум 180 см. и отличное телосложение. Отвергались кандидаты с преступным прошлым, сомнительным расовым происхождением, а также те, кто имел хоть одну пломбу в зубе. Одна из директив СС гласила: «Запойных пьяниц, болтунов и всяких преступников не брать». Только вера в собственную избранность удерживала эсэсовцев в рядах партии. У них был лозунг: «Аристократия молчит!» Они молча сопровождали коричневые колонны: еще более строгие правила приема, еще более строгая дисциплина поддерживали в них чувство собственного превосходства над окружающими. «Эсэсовцы никогда не участвуют в дискуссиях на партсобраниях. Участие в вечерних обсуждениях, во время которых ни один эсэсовец не курит на протяжении доклада и никто не имеет права покидать помещение, служит цели политического обучения людей», – гласил приказ № 1 от 13 сентября 1927 года. «Эсэсовец и командир СС молчит и никогда не вмешивается в дела местного политического руководства и СА, которые его не касаются».

Приказы предписывали отрядам СС контроль документов и формы одежды перед собраниями; каждый эсэсовец должен был всегда иметь при себе партбилет НСДАП, документ СС и официальный песенник СС. Особенно строго следили за соблюдением приказа № 8, который запрещал ношение оружия. Гитлер решил прийти к власти легальным путем, поэтому партия официально дистанцировалась ото всех вооруженных организаций и нелегальных военных союзов. Командиры СС должны были обыскивать своих подчиненных каждый раз, когда их отправляли на задание, и конфисковывать оружие, если таковое обнаруживалось.

Даже на политических противников производила впечатление железная дисциплина отрядов СС. Мюнхенское полицейское управление констатировало в секретном докладе от 7 мая 1929 года, «какой строгой дисциплины требуют от эсэсовцев. Даже за малейшие нарушения приказов грозит денежный штраф или лишение на какое-то время права носить нарукавную повязку или снятие с поста. Особое внимание уделяется поведению отдельного человека и его одежде». Каждый дюйм их внешности должен был демонстрировать, что эсэсовцы это аристократия партии. «Эсэсовец – это самый образцовый член партии, какого только можно себе представить», – указывалось в одной инструкции СС, а в песне, которой заканчивалось каждое собрание СС, звучала фанатичная вера в их миссию:

«Среди всеобщей измены

Нас не сломает враг.

Пусть волны затопят Землю,

Но будет реять наш флаг».

В 1933 году сразу же после прихода к власти национал-социалистов Гиммлер потребовал временно прекратить прием в СС. «Набежало множество людей, которые не обязательно сделали это от чистого сердца и не обязательно были идеалистами. Я сказал: мы никого больше не примем, и с конца 1933 до конца 1935 года предъявляли к новичкам такие требования, что никто не подходил». За два года из СС выгнали 60 000 человек. Под указ Гиммлера о чистке подпали оппортунисты, алкоголики, гомосексуалисты, люди сомнительного расового происхождения. Не терпели и хронических безработных: «Человека, который в третий раз без уважительной причины меняет место работы, мы выбрасываем», – вещал Гиммлер. Но особенно яростно он преследовал гомосексуалистов, считая нарушение § 175 закона личным оскорблением. Гомосексуализм был для него самым страшным смертным грехом, за что и была уничтожена верхушка СА в 1934 году. И позднее ни один эсэсовец-гомосексуалист также не избежал мести Гиммлера. Каждый гомосексуалист, требовал он в 1937 году, должен быть выброшен из СС и предстать перед судом, а, отбыв срок в тюрьме, «он будет по моему приказу отправлен в концлагерь и убит при попытке к бегству».

Сертификат белокурой бестии

Кроме всего прочего кандидаты в рядовые СС должны были доказывать чистоту своего расового происхождения, начиная с 1800 года, а офицеры с – 1750 года. В войсках СС срок службы составлял первоначально 4 года для рядовых, 12 лет для унтер-офицеров и 25 лет для офицеров. Желающие получить офицерское образование, должны были прослужить минимум два года рядовыми, если не могли доказать прежнюю службу в Вермахте.

Новым пунктом программы Гиммлера было противопоставление многообразным человеческим типам в СС стандартного эсэсовца нордического господского типа, который должен был постепенно стать единым для всей новой элиты. Главное ведомство по расовым вопросам и вопросам колонизации (РуСХА) получило приказ разработать новые, еще более строгие правила приема в СС. Хауптштурмфюрер, профессор, доктор Бруно Курт Шульц составил шкалу ценностей для расовой комиссии РуСХА, по которой кандидат в СС и должен был оцениваться. Шкала подразделялась на три группы по расовым признакам кандидата, его физическим данным и общему поведению. Шульц в своих методиках ориентировался на нордический расовый тип, и поэтому его таблица включала в себя пять иерархических уровней оценки: «чисто нордическую»; «с преобладанием нордических и фальских признаков»; гармоническую смесь обеих рас с «небольшой альпийской, динарской или средиземноморской примесью»; группу смешанных типов восточного или альпийского происхождения и группу смешанных типов внеевропейского происхождения.

Достойными вступления в СС считались лишь кандидаты, принадлежавшие к первым трем группам. Но даже и это являлось уступной принципам расовой доктрины, ибо предполагалось, что все ответственные посты в Третьем Рейхе уже в ближайшем будущем должны будут занимать только блондины с голубыми глазами, а не более чем через сто лет немецкий народ снова станет чистокровным народом нордической расы.

Кроме этого профессор Бруно Курт Шульц требовал от будущего эсэсовца оценки пропорциональности телосложения по девятибалльной шкале. По мысли расового антрополога следовало отказывать и тем кандидатам, которые хотя и были высокорослыми, но были неуклюжи и имели непропорциональное телосложение. Гиммлер лично следил за тем, чтобы голень эсэсовца не была непропорциональна бедру, а голень и бедро в свою очередь не были бы непропорциональны верхней части туловища, ибо в противном случае телу приходилось бы затрачивать на марше лишние усилия при каждом шаге.

Профессор Шульц настаивал на приеме в СС только тех, кто получал первые четыре отметки по системе: «идеальное телосложение», «отличное», «очень хорошее», «хорошее». Отсеивали тех, кто получал три низшие отметки, и лишь обладателям двух промежуточных отметок оставляли шанс. Эти кандидаты должны были своим поведением доказать, что несмотря на дефекты телосложения, они все же являются людьми нордического расового типа. Гиммлер заявлял по этому поводу: «Речь идет о том, чтобы кандидат при всей своей дисциплинированности не вел себя как раб, чтобы его походка, жесты соответствовали тому, что нам видится как идеал».

Если кандидат успешно преодолевал барьеры расовой комиссии, то он подвергался уже испытаниям, которые Гиммлер позаимствовал из практики иезуитов. Подобно тому, как в обществе Иисуса послушники в течение двух лет проходили тяжелые испытания, прежде чем давали обеты бедности, целомудрия и послушания и переходили наконец в класс схоластиков, так и кандидаты в СС подвергались многообразным тестам, прежде чем давали так называемую родовую клятву и могли называться эсэсовцами. Отдельные этапы эсэсовского послушничества приурочивались к праздникам национал-социалистического календаря, а также к священным датам древних германцев.

9 ноября, в день Мюнхенского путча, 18-летний юноша получал звание кандидата в СС и надевал форму без петлиц. 30 января, в день официального прихода к власти НСДАП, он становился юнкером СС и получал временный членский билет. Настоящей кульминацией был день рождения Гитлера. 20 апреля кандидат, в мундире с петлицами, получив постоянный документ СС, давал клятву своему вождю. Эта церемония призвана была дать новому адепту почувствовать дуновение мистической связи между харизматическим вождем и его последователями, облаченными в шикарную черную униформу. Особенно магически обставлялась клятва войск особого назначения: 9 ноября в 22 часа в присутствии Фюрера.

Но на этом испытания кандидата в СС еще не заканчивались. В период между клятвой (20 апреля) и приступлением к исполнению трудовой повинности (1 октября) кандидат должен был завоевать имперскую спортивную награду и заучить катехизис СС. Подвергаясь такому психофизическому воздействию кандидат снова представал перед руководством СС в новом облике как полноценный кандидат. Новый эсэсовец вновь давал клятву. На этот раз он клялся за себя и свою будущую семью соблюдать приказ Гиммлера о браках от 31 декабря 1931 года, который обязывал всех эсэсовцев вступать в брак только с учетом расовых аспектов и здоровой наследственности и только с разрешения РуСХА или самого Гиммлера. Полный цикл испытаний завершался только тогда, когда адепту Черного Ордера исполнялось 25 лет.

Тогда молодой член Ордена получал эсэсовский кинжал и вступал в замкнутое братство, в котором фанатизм секты, феодальные обычаи и романтический культ германцев сочетались с современным политико-экономическим менеджментом и хладнокровным государственным умом. Тогда и наступал решающий момент запланированного Гиммлером воспитания нордического господского типа: создание корпоративного или даже в большей степени кастового духа. Примером для подражания являлся также и кодекс чести прусского офицерства. Каждый приказ Гиммлера, каждая служебная мелочь должны были внушать эсэсовцам сознание своей элитарности, подчеркивать отличие СС от всех иных подразделений партии. Гиммлер открыто вдохновлялся примерами средневековых рыцарских орденов.

Верховный судья СС Шарф обосновывал, почему члены Ордена должны занимать особое место в партии: «Эсэсовец находится, разумеется, в особом положении по отношению к другим членам партии, в частности, потому что он готов отдать жизнь за движение и его вождя. Это особое положение требует и особого отношения к эсэсовцам». Поэтому Шарф настаивал, что эсэсовца не может судить ни обычный, ни партийный суд, а только суд и руководство СС. Так, сложилась особая юрисдикция практически для всех офицеров СС, начиная со штурмбанфюрера. У эсэсовца своя честь и он защищает ее сам. Полученный им кинжал превращался в символ особой чести рунического человека. В ноябре 1935 года Гиммлер объявил: «Каждый эсэсовец имеет право и обязан защищать свою честь с оружием в руках». Из далекой древности вернулся обычай – дуэль. Все правила проведения поединков между офицерами СС были разработаны и лично оформлены директивами самим Гиммлером. Также юридически были оформлены и исключительные случаи, предусматривавшие самоубийства члена Ордена, если никаких иных способов соблюсти свою честь уже не оказывалось.

В качестве особого знака отличия проверенным эсэсовцам Гиммлер лично вручал серебряное кольцо с миниатюрным изображением черепа. На более высоких ступенях иерархии офицерского корпуса вручалась почетная шпага.

Вождизм и современная Россия

А теперь обратимся к судьбам современной России, ибо данная работа изначально мыслилась автором не как исследование по истории немецкой психологии, но именно как педагогическое эссе, обращенное к судьбам русского и других белых народов, находящихся сегодня на грани физической гибели. На основе классического немецкого духовного наследия, в котором эпоха национал-социализма является по многим характеристикам лишь продолжением более ранних эпох, мы хотим продиагностировать ситуацию современного вождизма.

В данном случае речь не идет о ревизионизме и пересмотре моральных и политических итогов Второй мировой войны, а лишь об использовании философских и психологических наработок немецкой концепции вождизма в интересах современной российской ситуации.

Итак, еще со времен возникновения христианства на Руси в сознании русского народа прочно укоренилась так называемая мессианская идея. ''Божий избранник'' должен явиться в мир и переустроить бытие всего народа согласно его, народа, чаяниям. Царство справедливости, блаженства и изобилия должно возникнуть в одночасье и без особых усилий со стороны самого народа. Все, что требуется от него во имя светлого будущего, так это уповать и надеяться.

Краткого и весьма поверхностного экскурса в историю нашей страны вполне достаточно, чтобы осознать, как тлетворно и развращающе влияние идеи мессианства. Оно разлагает волю бездельем, распространяя вокруг себя гнилой сладковатый фимиам нездорового оптимизма. Мессианство – это обезболивающий наркоз для инфантильных идеалистов.

Совершенно очевидно, что мессианская идея не имеет ничего общего с концепцией вождизма, требующего непрестанной работы по самоусовершенствованию. Мессия зовет к пассивному подчинению, в то время как вождь – к развитию позитивной воли.

В этом же сокрыто и коренное различие между ординарным руководителем и вождем. Первый в случае своего неудачного руководства скорее согласится пожертвовать подчиненными ради сохранения собственной жизни, в то время как второй всегда предпочтет принести в жертву себя во имя спасения нации. Политики, развалившие СССР, неизменно повторяли нам с экранов телевизоров одну и ту же сакраментальную фразу: «Хотели, как лучше, а вышло, как всегда». Это типичная отговорка руководителей средней руки, но не подлинных вождей нации.

Многие наши соотечественники, озабоченные судьбами родины, довольно часто задаются вопросом: «А где же вождь, где лидер, способный пробудить и консолидировать нацию?».

Его нет и не может быть, потому что в самом народе отсутствует понятие вождизма. Русский народ по-старинке ждет Мессию, который всех спасет, все устроит, поэтому никому ничего не нужно делать и принимать решения. И Царство Божие, согласно общим чаяниям, наступит само по себе, словно по мановению волшебной палочки, и все, что останется народу, так это предаваться блаженству в своем распаленном сознании.

Вождь нации может возникнуть только тогда, когда у нации возникает в нем потребность, когда чувствования, представления и воля абсолютного большинства людей сливаются и воплощаются в конкретном индивидууме, максимально точно отражающем своими качествами моральные идеалы народа. Только тогда, когда народ осознает, что своими действиями лидер приближается к этическому эталону большинства, он с благоговением может вручить ему венок триумфатора. Вождь – это материализованная воля народа, желающего трудиться над улучшением своей судьбы.

Психофизическое убожество современных отечественных руководителей, не выдерживающих никакой критики с точки зрения критериев классического вождизма, и является отражением морально-волевой незрелости нашего народа. Ибо каждый народ имеет тех руководителей, которых он заслужил.

Только изгнав из своего духовного бытия все мессианские блаженства, русский народ имеет возможность улучшить свою судьбу.

Теперь рассмотрим внимательнее гербартианскую триаду: «чувствование», «представление», «воление» как триединый залог подлинного обновления нации. Каковы сильные и слабые стороны русского народа в этой части? Крупнейший русский психолог и расовый теоретик Иван Алексеевич Сикорский указывал, что «слабой чертой славянина является воля». Философ-националист Михаил Осипович Меньшиков подчеркивал, что «у русских ослаблен рефлекс цели». С этим трудно не согласиться.

На основе русского национального искусства можно смело утверждать, что именно чувствование составляет несомненную силу природного русского народного характера. Таким образом, основные усилия философии, психологии, социологии и педагогики сегодня должны быть сосредоточены на кристаллизации представлений о цели и развитии позитивной воли в нашем народе. Русский народ должен окончательно и бесповоротно изжить в своем характере такую тлетворную черту, как способность активизации воли только через эмоциональную самостимуляцию, ибо это сугубо азиатская черта. Подлинно белый человек напрягает волю исключительно посредством своего ума и силой убеждений, не распаляя при этом страстей. Эмоция уместна лишь при оценке явления и при составлении себе о нем представления, но при всяком волевом движении ее действие будет сказываться негативно, мешая достижению поставленной цели. Победа над тяжелой долей заключается не только в непрестанном совершенствовании унаследованных свойств, но и в выработке новых. Основной морально-волевой императив языческих религий народов нордической крови гласит: «Боги помогают только тому, кто сам себе помогает».

ИДЕИ ПО ФИЛОСОФИИ ВОЖДИЗМА

Карл Август Эмге

Доктор юридических наук и философии, профессор философии права Берлинского университета

ДОКЛАД, ПРОЧИТАННЫЙ В 1934 ГОДУ В ОБЩЕСТВЕ ОБЩЕПОЛЕЗНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ЛЮБЕКЕ. БЕРЛИН. 1936 ГОД.

1) Вождь нашего государства сказал великие и благородные слова: «Руководство основывается на свободной и доброй воле руководимых». Все дальнейшее я прошу рассматривать как частную, неофициальную интерпретацию этих слов. Глубокое уважение к настоящему руководству и любовь к истине у  немцев никогда не противоречили друг другу.

В разработке этой темы еще до событий последних лет внесли свой вклад Рудольф Зом, Макс Вебер и Макс Шелер.

Займемся сначала априорными предварительными вопросами

2) Слова «вести» и «вождь», «следовать» и «последователи» означают нечто вполне определенное. Но за пределами любого определенного взгляда остается «еще кое-что». Встает вопрос о терминологии. Термин определяет своеобразие того, что есть. В отличие от него идея направлена не на своеобразие того, что есть, а на то, чем это должно быть. Теория вождизма должна определить, что значит «руководить» и что представляет собой «вождь», и притом качественно: не просто констатировать, что руководство и вождь есть, а показать, что они «еще и хорошие». Вспомним, что вожди могут вести и ко злу, быть не вождями, а соблазнителями (по-немецки игра слов: «Fuehrer» - «Verfueher»). Нельзя сказать, что руководство всегда хорошее, что лучше плохое руководство, чем вообще никакого.

3) Мы оставим в стороне уже исследованные другими причины привязанности последователей к вождям. Эти причины могут быть рациональными (за вождем следуют, так как видят в этом историческую необходимость), корыстными (из личных интересов). Традиционными (по привычке следовать за кем-либо), естественными (как ребенок за родителями). Народ может также починяться расе, которую считает высшей. Самый интересный случай – харизматическая личность, которая, как чародей, оказывает иррациональное возбуждающее влияние на людей. Ответная реакция последователей на эти столь разные причины: понимание, доверие, любовь, преданность, почитание, верность, послушание, страх, принуждение, гипноз. При этом почти всегда вождь выступает в  качестве образца, примера.

Но сначала займемся проблемой с точки зрения немецкого языка. В словаре Гримма насчитывается 31 значение слова «вести». (Далее приводятся немецкие эквиваленты русских выражений «водить на помочах», «дурачить», «провести», «подвести», «водить за нос», - Прим. пер). Гете тщательно различал глаголы «вести» и «тащить». Таким образом, смысл слова «вести» может быть и благородным, и низким. Дьявол тоже может вести и довести до абсурда. Какую роль при этом может играть биологический фактор подражания, сказал Шиллер:

Да, человек есть тварь, что склонна к подражанью,

И тот, кто впереди, ведет все стадо.

Характерным для всех значений этого слова является, согласно словарю, определение направления. Другой немецкий глагол «Leiten» (вести, управлять) предполагает наличие подчинения, как на уровне пастуха и стада. Шиллер чувствовал разницу между этими глаголами, когда писал: «Полководец может из какого-то пункта управлять битвой посредством приказов, но не ведет сам в бой какой-то отряд».

В темную эпоху немецкой истории глагол «anfuehren» и производное от него существительное приобрели ироническое значение («командовать» и в переносном смысле «надувать» - Прим. пер.). Тогда же родилась поговорка: «Если ты делаешь это хорошо, то лучше не делай». Приставка «an-» вносит, таким образом, важное уточнение. Очевидно, у наших предков был плохой опыт с такого рода вождями.

Примечательно, что в прежние времена среди воинских званий почти отсутствовало слово «Fuehrer». С другой стороны, оно употреблялось в сочетаниях типа «водитель локомотива». В XVI-XVIII вв. «фюрерами» называлось промежуточное звено между офицерами и солдатами.

5) Вернемся к термину. Наличие того, кто ведет, предполагает наличие тех, кого ведут, хотя я могу думать, что меня ведет кто-то, кого нет (приведен пример типа пушкинского «В поле бес нас водит, видно» - Прим. пер.). Поскольку этот термин предполагает двойственную суть, его объяснение следует искать в социологии и даже в биологии («государства» и «ульи» растений и животных). Повсюду существуют связи, даже если их не «замечают». Мы употребляем слово «замечать», потому что в моменте осознания Шелер усматривает  решающее различие между следованием за вождем и подражанием примеру. Но «замечание» лишь одна из разновидностей поведения по отношению к чему-либо. Можно вести себя равнодушно, оставаться наблюдателем или хотеть, чтобы на тебя повлияли. В последнем случае мы в свою очередь имеем новую шкалу от простого намека до разрешения, указания, призыва, поощрения, приказа, осознания реальной необходимости руководства и его насильственного навязывания.

6) Поскольку в пределах этой шкалы каждый член может играть определенную роль, возможно и руководство без конкретного поведения вождя по отношению к своим последователям. В таких отношениях выражается определенная оценка, при которой формы поведения взаимно не согласуются. Можно сказать: кто-то руководит, потому что другие считают нечто в нем «ценным», потому что есть шанс, что другие, хотя и бессознательно, будут ему подражать. В таких случаях поведение одного является причиной поведения других.

7) Важен и так называемый личный момент. Люди идут не за идеей, а за живым человеком. Подчеркивание момента вождизма – явление, аналогичное тенденции в сторону персоналистской философии. Со времени указания Ницше на жизнь философов – досократиков усилия в том же направлении предпринимали в своих работах Руд. Эйкен, Уильям Стерн, Ганс Дриш, Макс Шелер. Они выделяются на фоне философов, делающих упор на коллектив, будь то масса, общая воля, народный дух, или на самореализующуюся идею или фатальность, хотя в путанных представлениях это может быть связано и с личным элементом. Здесь есть даже сходство с некоторыми тенденциями в подходе к главной проблеме античной филологии, а именно к проблеме Гомера: из понятия делают личность.

8) Помимо причинного момента воздействия есть и соответствующие последствия. Если за головой змеи тянется ее туловище, мы говорим, что голова «ведет», а туловище совершает аналогичные движения. Части тела движутся в одном направлении: происходит как бы частичная  идентификация. Руководство означает частичную унификацию. Резюмируем: руководство в общезначимом смысле имеет место в тех случаях, когда при отношениях между двумя живыми существами поведение одного из них признается причиной того, что другое ориентируется на него, подражает ему.

9) Каковы различия между механическими формациями неживых предметов и отношениями между живыми существами, особенно людьми?

Все знают страшные слова «Повинуйся, как труп». Сравнение с трупом подчеркивает отказ от индивидуальной воли. В данном случае повиновение действительно «слепое» и мы воспринимаем это как утрату человеческого облика. О России времен  Николая I говорили, что из 60 млн. русских только один человек – царь. Один человек может стать орудием в руках другого. Значит, таковы его «ценности». Ужас, который охватывает нас при этом представлении, можно сравнить со впечатлением, которое производят химеры с картин Босха. Руководство нужно, но это не означает превращение народа в клетки такого трупа.

10) Предмет «притягивается», животные «понуждаются», человеком «руководят». Рассмотрим проблему руководства, исходя из человеческой сути.

Обращение с живым существом может быть механическим или живым. Последний случай имеет место, когда мы зовем собаку. Но только для человека «императив» может стать «нормой». Однако, для того, чтобы императив стал действительно обязательным, он должен исходить свыше, от Бога.

11) Есть разные степени унификации от предметов к человеку. «Абсолютное руководство» логически невозможно: даже неживые предметы не могут быть абсолютно идентичными. Степень унификации уменьшается до минимума на уровне «руководимой» личности. У раба, хотя он больше управляем, чем свободный, остаются сферы, которые его владелец оставил неопределенными. Там, где есть неопределенность, есть свобода. Например, я должен уплатить 100 марок, но способ уплаты я могу свободно выбрать. Можно сказать, что по числу и степени определенности требований можно определить уровень руководства (не в плане ценности). Но, так как руководство предполагает не только целенаправленные акты, но и конкретные действия, правило будет такое: Чем больше подвергнутых воздействию моментов идентичности с другими, тем выше, с чисто  энергетической точки зрения, уровень руководства и тем меньше самостоятельности. Но здесь нет речи об оценке. Необходимо, чтобы вождь имел больше самостоятельности, чем его подданные. Социальная иерархия – шкала уровней самостоятельности. При этом наблюдаются национальные и личные различия. Все знают людей, которые не терпят рядом с собой никакой самостоятельности. Мы знаем также, что национальное своеобразие проявляется в подчинении приказам других или в уклонении от них. Любовь и ненависть народов, независимо от действительной ценности, обычно ориентируются на подобные явления.

12) Трудно понять ситуацию, когда предъявляются несколько притязаний на всеобъемлющий охват. Эти притязания имеют своей целью не абсолютную унификацию, а «человека в целом». Такие притязания приписывают Парацельсу. Их предъявляют священники и политические вожди. Возможно ли здесь разумное разделение сфер, если мы больше не отделяем искусственно, как раньше, «внешнее» от «внутреннего», «успех» от «убеждений»?

13) Наряду с отношениями между руководителями и руководимыми существуют и другие отношения между людьми. Вспомним о «равнодушном поведении», «позиции наблюдателя». Сюда же относятся «выполнение обещаний», «захват собственности» и тому подобное. Все эти сферы до сих пор мало изучены, несмотря на старания, приложенные М.Вебером, Тённисом, Ад. Рейнахом и лично мной.

Все эти виды отношений надо рассматривать вместе, не отдавая предпочтение ни одному из них. Их можно только констатировать, исходя из духа ситуации.

14) Все они в своей полноте должны служить жизни, а не совершать насилие над ней. К сожалению, предпочтение, оказываемое тому или иному виду отношений в ущерб другим, не позволяет использовать все разнообразие социологических возможностей. Именно тот образ мыслей, который мы критикуем сегодня, как рационалистический, имеет склонность считать, будто есть лишь одна возможность. Социологические возможности демократии были навязаны немцам как панацея. Такую абсолютизацию отдельных возможностей немецкий дух воспринимает как кощунство по отношению к чуду божественного творения.

15) И вот перед нами главная проблема личности вождя «во плоти». Речь в данном случае идет не о том, используются ли все социологические возможности или лишь некоторые. Так как не все они одинаково хороши для определенной ситуации, важно выбрать наиболее эффективную. Мечта о вожде была рождена конкретной ситуацией, состоянием анархии, когда невероятно усилилась потребность в настоящем руководстве, в личной ответственности. Будущие историки установят, из каких разнородных психологических моментов возникла эта потребность: усталости от того, что есть; склонности к диалектическому антитезису, отсутствия общего фундамента для народа в целом и так далее.

Вождь, о котором идет речь, не является «суммой» отдельных целенаправленных актов и не оставляет без внимания другие социологические возможности. Все эти отдельные акты и виды поведения в нем, как в существе из плоти и крови, в человеческом смысле слова «устраняются», то есть отрицаются их притязания на абсолютность, но в соответствии с их истинным смыслом они восстанавливаются и сохраняются личностью, как целым. Подсознательная, инстинктивная природа вождя меньше всего нуждается в таких типичных актах, как приказы, - за ним и так следуют. Поэтому и говорят о его «магическом» влиянии, поэтому его подданные подчеркивают свою «верность», а не просто «послушание».

Здесь встает уже второй вопрос, не о терминологии, а об идее, о легитимности. При этом станет еще более ясным то, о чем уже говорилось в связи с терминологией: что человек не укладывается в одно лишь социологическое отношение между вождем и теми, кто за ним следует. Особенно важны четыре проблемы: 1) Как соотносятся вождь и специалист в хорошем смысле слова; 2) Отношение последователей к личности вождя в ее разнообразных, важных для нас, немцев, проявлениях; 3) Политизированный мир как переходная форма и 4) Проекции вождизма в юридической и государственной сфере.

16) Вспомним фразу, с которой мы начали. Слово «свободный» означает в ней не произвольный, а разумный, осмысленный. Это слово обязывает нас понимать все смысловое содержание руководства.

Слово «специалист» тоже имеет свой смысл. В наше время, когда в духе видят только «противника души», когда интеллект путают с интеллектуализмом, в такой период духовного упадка нужно сказать, что специалист о своему истинному смыслу не похож на капризного гофмановского кобольда. Он понимает суть «вождизма» и сословного начала, так как именно сословность придает ему честь и достоинство.

Сравним специалиста, как человека, знающего свое дело, с дилетантом, и вспомним слова Сократа: «В любой области главным должен быть лучший». Ксенофон писал: «Цари и архонты – не те, кто имеет скипетр, не те, кто был выбран смертными людьми и не те, кто захватил это место волею случая или силой и обманом, а те, кто умеет править». Это относится к ним так же, как к специалистам по кораблестроению, сельскому хозяйству, врачам и так далее, как к людям, знающим свое дело.

Руководство специалистом выражает как бы сопричастность реальности к платоновским идеям через посредника. С этой точки зрения вождь человеческих масс – тоже специалист. Этого не понимали сторонники ложного идеализма, которые верили в самоосуществление хороших идей.

Но руководство специалиста всегда одностороннее, идеальное достижение ремесленника не является таковым для всего остального человечества. Поэтому естественным будет разделение по сферам компетентности. Политик не должен заниматься лечением больных. Для тех, кто стремится к истине, действительны слова «Платон друг, но истина дороже», а не слова Цицерона, что лучше заблуждаться вместе с Платоном, чем быть правым вместе с пифагорейцами. Л.Толстой записал в своем дневнике такие слова Кольриджа: «Тот, кто любит христианство больше, чем истину, скоро будет больше любить свою конфессию и свою секту, чем христианство, а кончит тем, что будет любить самого себя больше всего на свете». Так что сапожнику лучше судить не выше сапога.

17) Вопрос о том, как это соотносится с человеком как целым. Мы сегодня больше не представляем себе человека как сумму качеств или действий. Кроме частей культуры, относящихся к отдельным областям, есть и такие, которые относятся к целому: религия, воспитание, право, политика. Здесь в самом деле есть нечто вроде борьбы против специалистов, есть причины для настоящих конфликтов. Их можно избежать лишь в том случае, если есть нечто, к чему мы стремимся – общность. Тогда обеспечено, говоря словами Ницше, «единство стиля во всех проявлениях жизни».

Но пока такой общности нет, те, кто сознательно хочет создать такую общность, политик и солдат выступают впереди прочих специалистов.

Недостаточные специальных знания и хорошо дисциплинированная политическая  организация или хорошие специальные знания и плохо дисциплинированная политическая организация это лишь переходные стадии. Наступят более спокойные времена, и руководитель будет пользоваться авторитетом специалиста в кругу, которым он руководит, благодаря своим организационным способностям. Иначе этот круг постоянно будет чувствовать себя «оккупированной областью».

18) Второй вопрос об отношении к личности вождя со стороны его последователей заводит нас еще глубже. Руководство на основе «свободной и доброй воли» это не деспотизм, не тирания и не террор. Речь идет о ценности и достоинстве с обеих сторон. Этот вопрос должен выдвинуться для немцев на первый план под самыми разнообразными углами зрения, обусловленными нашей историей.

а) Первый аспект – религиозный. «Что толку, если человек обретет весь мир, но душу свою потеряет», - учит христианство. А знаменитое «Я не могу иначе» Лютера! Настоящий христианин должен отстаивать свободу совести и самоопределение. Он может лишь свободно следовать за кем-либо. На этой духовной основе вырастает чистое и свободное желание быть руководителем.

б) Примечательно, что, согласно теологии, даже всемогущий Бог предоставил человеку свободу. Этот тезис играет главную роль в христианской догматике.

«Свобода христианина» это свобода цельного человека. Это материал, из которого делаются мученики, предпочитающие служить Богу, а не людям, и героически жертвующие жизнью за свои убеждения.

Протестанты к тому же не признают никакой внешней инстанции, они повинуются только своему внутреннему голосу, своему призванию.

в) Следующий аспект – национальный. Немец любой конфессии отличается чувством личной ответственности и действует добровольно. Он хочет быть «свободным человеком», а не «рабом»: в этом проявляется его «честь», связанная с расовым сознанием. Как мужчина с героическим идеалом он своеволен и не хочет, чтобы его «водили на помочах» или чтобы на него «давили». Иначе, с его точки зрения, не стоит жить.

г) Период расцвета немецкой культуры  добавил аспект автономии. Закон в нас, в нашем сердце, он не придуман и не дан нам кем-то еще. Это принцип достоинства человека, который не является орудием чьих-то целей.

д) Мы добавим к этому еще творческую инициативу. Творческий человек создает вещи, историческое значение которых невозможно предвидеть. Настоящее развитие имеет место только там, где оно выходит за рамки предвидимого. У нас постоянно подчеркивается понимание свободы в этом смысле. Даже противоречие необходимо и плодотворно. Культуре необходим предохранительный клапан. Настоящее руководство может дать творческим людям то, что было ими утеряно: почву, из которой они черпают свои силы, конкретные задачи и, прежде всего, условия для того, чтобы их снова искали. Даже для продуктивно работающих одиночек культурный оптимизм был проклятьем. Духовный пастырь более или менее терпеливо ждет, когда человек захочет, чтобы им руководили. «Вождь по природе» начинает иначе.

е) Эта свобода творчества соприкасается со значением «утопического», «невозможного», воспеваемого поэтами. Металл, который плавится в плавильной печи, имеет значение и независимо от отлитых из него форм. Неизвестно, будет ли историческое развитие медленным и стабильным или катастрофическим. Может быть, жизнь неудачников имела больше смысла, чем жизнь осторожных «людей в футляре».

На эти размышления навели нас слова о «свободной и доброй воле». Могут подумать, здесь снова проповедуются либеральные идеи. Но одна из позитивных задач настоящего вождя – забота о творческих людях. Нельзя пустить это дело на самотек, на русское «авось».

19). Сегодня на первом плане стоит политическое действие, и с этим связана третья проблема. Политическим нам представляется такое действие, успех которого, в отличие от других, не может быть гарантирован. Вместо того, чтобы верить, что другие поймут и одобрят наши цели, политик исходит из учета внешних обстоятельств. В этом истинный смысл категории друг-враг Карла Шмитта. Политик берет на себя весь груз ответственности за предполагаемый конечный успех. Предпосылка этого: он должен обладать тем, что называют политическим основным инстинктом – осознавать пределы своих возможностей. Политик приводит в действие длинную человеческую цепь для достижения определенных целей – становится первопричиной действия.

Промежуточные звенья цепи оказываются в следующей ситуации. Политик должен при всех обстоятельствах сохранять влияние на людей, которых он ведет к своей цели. Таким образом, они становятся – хотя и временно – его орудиями. Совесть, свобода мысли, самоопределение и так далее сохраняют при этом положительный акцент лишь в той степени, в какой они способствуют достижению поставленной политиком цели. Последние должны, если они действительно люди дела, абсолютизировать эти цели. «Будьте как боги, познав добро и зло». Может быть, Гете имел это в виду, когда говорил: «Действующий всегда – человек бессовестный, совесть есть лишь у того, кто наблюдает».

Приходится изображать из себя друга и единомышленника «нужных людей», не будучи им на самом деле. Возвращаясь к словам о «свободной и дорой воле», мы обнаруживаем, что она не может действовать до тех пор, пока речь идет о чистой политике, то есть о завоевании власти. Не случайно мы услышали эти слова в тот момент, когда надо завоевывать не власть, а людей. А людьми нельзя пользоваться как орудиями.

Постепенно осуществляется переход к состоянию народного сообщества, при котором снова есть гарантии, доверие, добровольная самоотдача; один человек больше не делает все сам, а может положиться на свободные, слаженные действия подлинных единомышленников. Правда, пока такое народное сообщество не образовалось, руководству приходится брать на себя принуждение людей «недоброй», с его точки зрения, воли.

В реальной жизни различие между политическим и неполитическим относительно. Человек является более политическим по сравнению с другими, если он меньше рассчитывает на гарантии. Но над политикой стоят высшие идеи. Легко победить, не соблюдая правила дуэли, когда другие надеются на честность соперника.

20) Политик, таким образом, извращает смысл идеи вождя, подменяя в самой крайней форме «руководство» насильственными превращениями людей в орудия. Такое бывает всегда, когда власть в чистом виде ставится на место свободной и доброй воли подданных. Репрессивный аппарат подменяет собой право. Идея вождя изменяется при проецировании ее на юридическую сферу.

Четвертая проблема связана с фиктивной сущностью юридических формаций. Важной становится идея закона, безличного порядка.

Мы имели дело с харизматической личностью, которая оказывала магическое влияние на своих последователей, то есть с неординарной ситуацией, теперь же начинаются  будни.

(Примечание. Особенно интересное, полное «представление» круга своим вождем существует там, где все связаны с ним судьбой. Касснер рассказывает об абсолютной власти старых обезьян в стаде шимпанзе. У мексиканцев такой же властью обладали их «кацики»). Уже при таких процессах как прием на работу и увольнение совершается переход в законодательную сферу, где действуют ориентированные на повседневность «компетентные органы», «иерархия чиновников» с соответствующими «инструкциями», «бюрократией», «квалификацией» и «дисциплиной».

Поскольку сегодня стоит задача упорядочить «вечное содержание» Движения, необходимо создать на ее базе юридические учреждения. Лабильное требует стабильного.

21) Проецирование в юридическую сферу означает активную трансформацию. Эта сфера отличается тем, что допускает отклонения от действительности.

Вспомним, как Антисфен советовал афинянам объявить осла лошадью, если неспособного к военному делу человека можно просто назначить военачальником.

Особый вопрос, как перенести идею вождя в сферу права, не прибегая при этом постоянно к фикциям. Начальников теперь везде называют «фюрерами».

 22) Этот вопрос связан с другим: можно ли кого-то сделать «вождем». История учит нас, что учреждения вроде кадетских корпусов способствуют выработке качеств вождя. Условия в них дают нужный опыт, но не делают человека готовым командовать.

Вождь может быть чисто юридическим лицом. Он будет похож на деревянную голову из басни Федра, красивую, но без мозгов. Принимать такие фикции за реальность, значит запихивать мир во всей его бесконечности в испанский сапог юриспруденции.

Известна так называемая «бюрократическая организация». Применительно к зданию государства она образует простую пирамиду. История германского права учит, что такая бюрократическая организация нам непригодна. Она эстетична только на взгляд рационалистов.

23) Если же предоставить лично вождям право действовать естественным образом, это будет «война всех против всех», война претендентов на роль вождей за неограниченную  власть. Не будет инстанции, которая определит, кто должен быть вождем. Слова Ницше «для чего» относятся не только к свободе, но и к вождям. Но «для чего» означает также разделение  сфер компетенции. Необходимы правовая фиксация и юридическая дисциплина для выражения всего разнообразия человеческих отношений.

Из этой вполне естественной ситуации нет «царского выхода». Власть, ее орудия, фикции – все имеет свое оправдание, если речь идет о высокой цели общества с его естественной иерархией. История знает достаточно случаев, когда благодаря фиктивному возвышению имеющихся свойств достигались те, которых не было. Иначе говоря, мы знаем сегодня социологическое назначение мифа. Цель всегда должна  освящать средства. И при фиктивном предвосхищении реальных событий можно достичь осуществления идеи.

Задача данного исторического момента для многих наций ясна: обрести вождя. Следовать воле одного человека это тоже закон.

ОСНОВЫ ВОЖДИЗМА

Эрика фон Литтров

(Реферат диссертации на звание доктора политических наук. Венский университет
Рецензенты – проф. Отмар Шпанн и проф. Альфред Фердросс

ПОНИМАНИЕ ВОЖДИЗМА В ИНДИВИДУАЛИСТИЧЕСКИХ И УНИВЕРСАЛИСТСКИХ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУКАХ

А. Введение

Понимание проблемы вождя зависит от представлений о структуре общества: если общество мыслится индивидуалистически (то есть состоящим из свободных, самодостаточных элементов), то любое воздействие на индивидуальности со стороны руководства (принудительные изменения) воспринимается как вредное или вообще недопустимое. Но есть возможность составить оптимальную комбинацию из атомов, соединить самодостаточных людей в государстве, что будет выгодным для большинства из них. Задача руководителей государства – найти такие выгоды для индивидуалистического общества.

Но универсалистско-идеалистическое представление об обществе опровергает тот основной факт, что человек самодостаточен, что он «мера всех вещей». Установление такой меры предполагает, что она объективно-совершенна и взята не из того, что нужно мерить. Идеал, ценность или иерархия ценностей должны стоять над обществом и оно должно ориентироваться на них. Задача руководства – стремление к совершенству, стремление улучшить и возвысить мир. И так как система ценностей не может быть материалистичной, а только духовной, так и руководство людьми должно иметь свои основы не в мире фактов, а в духовном мире.

В. Индивидуалистические и универсалистские теории вождизма

I.       Индивидуалистические теории

1. Философские основы. Общественный индивидуализм основывается на том факте, что каждый человек – разумное существо и его разум – вспомогательное средство ориентации в мире. Эпоха Просвещения, в которую уходят корни индивидуалистической теории общества, считала мир познаваемым с помощью ощущений и разума. Данные наблюдений и обработка их разумом позволяют выработать мировоззрение, для всех одно и то же, так как чувства и мыслительные способности одинаковы у всех народов и во все времена, прогресс заключается в накоплении опыта. То, что выходит за его пределы, недоказуемо, это вера, а не наука. В мире есть только математически доказуемые законы, и они действительны как для движений планет, так и для атомов человеческого общества.

2. Конт и Спенсер. Классическая школа, которая представляет эту точку зрения, сама называем себя «натуралистической». Ее главные представители – Конт и Спенсер. Известны «стадии развития науки» по Конту: человеческое мышление доходит в своем прогрессе до позитивизма, до полного господства над природой. Спенсер больше подчеркивает необходимость взаимодействия в обществе и приводит для сравнения взаимодействие частей человеческого тела.

Проблему вождей оба они решают очень просто. Для Конта вожди те, кто наилучшим образом использует современность и ее возможности. Его позитивно мыслящий человек – глашатай нового опыта и разрушитель устаревших представлений. Спенсер неоднократно подчеркивает, что твердое руководство в обществе ведет к застою и только препятствует прогрессу. Разум и логика образуют цепь, связывающую поколения, и молодое поколение благодаря своему большему опыту, автоматически становится руководителем старого. Мир развивается сам по себе и не нуждается в руководстве.

3. Маркс. Этот взгляд на общество, починенное жестким законам природы, стал опасным только благодаря тому направлению, которое придал ему К.Маркс, отказавшийся от объективности натуралистической науки. Маркс не держится за идею «прогресса» общества, который он считает лишь кажущимся. Первобытный коммунизм в результате разделения труда изменился к худшему, и дальнейшее развитие привело к капитализму. Капиталисты господствуют над рабочими, и используют государство как аппарат своей власти.  Это единственная возможная при капитализме форма руководства. Это типичный для марксистов отход от классиков индивидуализма: власть вырастает из несправедливости (капитал – плод эксплуатации) и ее вообще не должно быть. Будущее общество будет таким же, каким оно было первоначально, только более богатым.

Власть, основанная на несправедливости, должна исчезнуть. Угнетенные массы в современном обществе должны интересовать лишь революционные возможности будущего.

К Марксу восходят два направления: немецкий ревизионизм и русский большевизм. Первое (Бернштейн, Каутский и другие) позволяет рабочему классу демократически выбирать своих вождей, пользуясь буржуазной демократией. Второе видит в этом опасность. Оно больше влияет на профсоюзное движение, чем первое.

4. Формальные социологи и психологи. Школы конца XIX века не внесли ничего нового в постановку проблемы вождизма. Формалисты – Зиммель, Шеффле, Тённис, а сегодня Фиркандт и Т.Гейгер – ограничиваются исследованием «конечных вопросов, сил и фактов общественной жизни». Психологи опять задают вопрос, каким образом вождям удается настолько повлиять на индивидуум в массе, что он следует за ними, не раздумывая. Это совершенно несоциологический подход к данному вопросу, который представляет дело так, будто индивидуум в массе сходит с ума, так что общественная теория превращается в общественную патологию, а социолог – в психиатра. Представители этой школы – Лебон, Тард и З.Фрейд. В.Вундт перенес эти наблюдения на жизнь народов, а теория взаимосвязей Визера резко отмежевывается от фрейдистской психопатологии.

Насколько сильно влияние марксизма показывает, кроме Ганса Фрайера, который, чтобы избежать марксистского детерминизма в вопросе об исходе революции, требует, чтобы революция вообще не ставила вопрос о своей цели, сильней всего В.Зомбарт, который во введении к 3-му тому нового издания своего «Современного капитализма» (1928) заявляет, что он отвергает мировоззрение Маркса и в то же время выражает желание «завершить его труд». Однако более поздние работы Зомбарта, особенно «Пролетарский социализм», находятся в резком противоречии с марксизмом.

5. Резюме. Индивидуалистическая теория обосновывает следующие формы руководства:

а) Бюрократию. Масса якобы имеет самостоятельную и направленную волю и переносит ее на группу, ответственную перед ней. Ошибка заключается в предположении о наличии у массы позитивной воли. Самое большее, на что способна масса, это сказать, чего она не может. Во-вторых, те, кого она выбрала, как правило, злоупотребляют предоставленною им властью.

б) Тиранию. Выскочка, который однажды нарушил общий для всех закон равенства, продолжает чувствовать себя выше этого закона и не признает никаких нравственных законов, если не встречает противодействия из других сфер общественной жизни (религиозной, традиционной и так далее). Как самодостаточный индивидуум он господствует над подчиненными ему самодостаточными индивидуумами (Макиавелли).

Тиран, который противостоит враждебно настроенной к нему массе, всегда стремится использовать ее в своих целях, но так, чтобы не пасть жертвой ее мести, это трагический и уродливый вождь, - народный уполномоченный, который сам не может добавить к своей задаче ничего нового, творческого, своего – это вообще не вождь. Личность настоящего вождя индивидуалистическая теория объяснить не может, у нее совсем нет терминологии для описания исторических реалий.

Власть как необходимое зло или как несправедливость – таков конечный результат индивидуалистического подхода, если он остается верным своим основным предпосылкам и не вступает в противоречие с самим собой.

II. Идеалистические (универсалистские) теории вождизма

1) Общие основы. Главное для универсалистского понимания общества – личность не сама по себе, а как носитель ценностей. Все люди являются носителями ценностей, но не все в равной мере. Те, кто вносит свой вклад в философию, науку, искусство, законодательство, государственную жизнь, экономику ближе к ценностям, чем люди нетворческие. Тот, кто придает ценностям форму, все равно, в какой области духовной жизни, тот и вождь. Люди нетворческие стоят рангом ниже. Таким образом, структура общества определяется иерархией ценностей и получается пирамида: вожди, руководители низшего звена и ведомые.

Рассмотрим сначала теоретические конструкции, в которых воплотилось такое понимание вождизма: теорию  Платона, который строил государство из сословий – носителей разных ценностей, теорию Фихте, который представлял себе сообщество народов как сообщество разных по ценности элементов, то есть тоже с разделением на вождей и ведомых, и теорию Гегеля, который занимался вопросом, каким образом гений достигает высокого положения в обществе благодаря своей личной деятельности.



Pages:     | 1 || 3 | 4 |   ...   | 8 |
 



<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.