WWW.DISUS.RU

БЕСПЛАТНАЯ НАУЧНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

 

Влияние электромагнитного излучения на частотах молекулярных спектров поглощения и излучения атмосферного кислорода и оксида азота на прокариотические клетки

На правах рукописи

ПРОНИНА Елена Александровна

ВЛИЯНИЕ ЭЛЕКТРОМАГНИТНОГО ИЗЛУЧЕНИЯ
НА ЧАСТОТАХ МОЛЕКУЛЯРНЫХ СПЕКТРОВ ПОГЛОЩЕНИЯ
И ИЗЛУЧЕНИЯ АТМОСФЕРНОГО КИСЛОРОДА И ОКСИДА АЗОТА НА ПРОКАРИОТИЧЕСКИЕ КЛЕТКИ

03.02.03 – микробиология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени
доктора медицинских наук

Саратов – 2011

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Саратовский государственный медицинский университет имени В.И. Разумовского Минздравсоцразвития России»

Научный консультант доктор медицинских наук, профессор Шуб Геннадий Маркович
Официальные оппоненты: доктор медицинских наук, профессор Миронов Андрей Юрьевич;
доктор медицинских наук, профессор Крамарь Олег Григорьевич;
доктор медицинских наук Антонов Валерий Алексеевич

Ведущая организация – Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Ростовский государственный медицинский университет Росздрава».

Защита состоится «____»_________________ 2011 г. в _________ часов
на заседании диссертационного совета Д 208.008.06 при ГОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет Росздрава»
по адресу:

400131, г. Волгоград, площадь Павших Борцов, д. 1.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Волгоградский государственный медицинский университет Минздравсоцразвития России».

Автореферат разослан «_____» ________________ 2011 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат медицинских наук,

доктор социологических наук, доцент М.Д. Ковалева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ

Актуальность проблемы

Важность исследований биологического действия электромагнитного излучения (ЭМИ) в настоящее время не вызывает сомнений у специалистов. С каждым годом растет число научных публикаций, посвященных данной проблеме и появляются все новые и новые идеи использования элекромагнитного излучения в медицинских и биотехнологических целях (Бецкий О.В., 2000; Бецкий О.В., Яременко Ю.Г., 2002; Бецкий О.В., Лебедева Н.Н., 2005; Ефремов Ю.И., Кревский М.А., 2007; Кряжев Д.В., Смирнов В.Ф., 2009).

Установлено, что ЭМИ способно оказывать воздействие практически на все известные типы клеток. В течение последних лет сформулирован ряд гипотез о возможных механизмах действия ЭМИ на биологические системы (Frohlich H., 1968; Девятков Н.Д. и соавт., 1991; Grundler W. et al., 1992; Ситько С.П., Ефимов А.С., 1993; Бецкий О.В., 2004; Kaiser N., Squires G., Broadhurst T., 1995; Афромеев В.И., Субботина Т.Н., Яшин А.А., 1997, 1998; Гапеев А.Б., Чемерис Н.К., 1999; Гапеев А.Б. и соавт., 2007; Хадарцев А.А., 1999; Бецкий О.В., Девятков Н.Д., Лебедева Н.Н. 2000; Борисенко Г.Г., Полников И.Г., Казаринов К.Д., 2007; Казаринов К.Д., 2008). Однако проблема изучения влияния нетеплового действия ЭМИ крайне высоких частот (КВЧ) на клетки и организм в целом пока остается открытой.

Одним из актуальных направлений современной электромагнитобиологии является исследование физико-химических механизмов действия электромагнитного излучения на биологические системы различного уровня организации. Некоторые ЭМИ хорошо известны и давно используются, например ультравысокочастотное (УВЧ), сверхвысокочастотное (СВЧ), инфракрасное (ИК) и ультрафиолетовое (УФ) излучения. ЭМИ других частотных диапазонов, например КВЧ, исследуются и применяются сравнительно недавно.

Менее всего оказался изучен диапазон частот 1011-1014 Гц (терагерцовый диапазон), иногда его называют «черной дырой». Терагерцовые волны (ТГц-волны) лежат в диапазоне от сотен терагерц (длины волн более 3 мм) до сотен гигагерц (с длинами волн от 3 до 10 мкм), то есть между областью СВЧ-микроволн и инфракрасным диапазоном.

Освоение этой так называемой «терагерцовой щели» в спектре электромагнитных волн привлекает к себе большое внимание исследователей (McLaughlin C.V. et al., 2008; Takazato A., Kamakura M., Matsui T. et al., 2007; Sartorius B. et al., 2008; Carter S.G., Cerne J., Sherwin M.S., 2007; Nagai M., Tanaka K., Ohtake H. et al., 2004; Dexheimer S.L., 2007). Интерес к данному диапазону связан с перспективами широкого применения терагерцового излучения в фундаментальных и прикладных исследованиях.

Терагерцовый диапазон частот интересен прежде всего тем, что именно в нем находятся молекулярные спектры поглощения и излучения (МСПИ) различных клеточных метаболитов (NO, CO, активные формы кислорода и др.) (Башаринов А.Е. и соавт. 1968; Мериакри В.В., 2002; Бецкий О.В., Креницкий А.П., Майбородин А.В. и соавт., 2003; Rothman L.S., Barbe A., Chris Benner D. et. al., 2003; Betskyi O.V., 2005).

При электромагнитном облучении энергия излучения расходуется на переходы молекул из одного энергетического состояния в другое. Экзогенное воздействие ЭМИ приводит к изменению вращательной составляющей полной энергии молекул (Бецкий О.В., Девятков Н.Д., Кислов В.В., 1998; Бецкий О.В., Лебедева Н.Н., 2001; Бецкий О.В., Кислов В.В., Лебедева Н.Н., 2004). При совпадении частоты проводимого облучения с частотой вращения полярных молекул возможна перекачка энергии излучения молекуле, сопровождающаяся увеличением вращательной кинетической энергии, что влияет на ее реакционную способность (Бецкий О.В., Девятков Н.Д., Кислов В.В., 1998).

Известно, что вращательные молекулярные спектры резонансного поглощения и излучения молекул важнейших клеточных метаболитов (NO, CO, O2, СО2) находятся именно в ТГЧ-диапазоне (Башаринов А.Е. и соавт., 1968; Креницкий А.П., Майбородин А.В., Бецкий О.В. и соавт. 2003; Киричук В.Ф., Креницкий А.П., Майбородин А.В. и соавт. 2006; Rothman L.S., Barbe A., Chris Benner D. et al, 2003).

В настоящее время одной из актуальных задач биологии является изучение процессов, в которых участвуют активные короткоживущие молекулы, являющиеся регуляторами на различных уровнях организации живых организмов (Шумаев К.Б., Космачевская О.В., Топунов А.В., 2008). К таким соединениям в первую очередь относятся оксид азота (NO) и его производные (Снайдер С.Х., Бредт Д.С., 1992; Марков Х.М., 1996; Moncada S., Palmer R.U., Higgs E.A., 1991; Moncada S., 1999; Ignarro L.G., Cirino G., Casini A., 1999; Murad F., 2003; Васильева С.В., 2007; Hemish J. et al., 2003 и др.). В последние годы появляется все больше данных о новых физиологических функциях оксида азота и его метаболитов (Stuart-Smith K., 2002; Roman L., Martasek P., 2002; Formoso G., Chen H., Kim J.A., 2006; Gladwin M.T., 2006). Кроме сигнальной роли NO (Дмитриев А.П., 2004; Глянько А.К., Митанова Н.Б., Степанов А.В., 2009 и др.), актуальной областью исследования являются реакции оксида азота с активными формами кислорода (АФК) (Владимиров Ю.А., Проскурнина Е.В., 2009). Возникающие в этих реакциях активные соединения – пероксинитрит, диоксид азота и др. – важные компоненты иммунного ответа в организме человека и животных, которые также участвуют и в процессах апоптоза. С другой стороны, изменение концентрации оксида азота под действием различных свободных радикалов и других высокореакционных интермедиатов служит важнейшим фактором, влияющим на физиологическую активность NO, в том числе на сигнальную функцию этой молекулы. Кроме того, активные формы кислорода и азота участвуют в развитии патологий, связанных с окислительным стрессом (Петрович Ю.А., Гуткин Д.В., 1986; Петрович Ю.А., 2001; Семенов В.Л., 1989; Дубинина Е.Е., 1998; Richter C., 1987; Pattison D.I. et al. 2002; Владимиров Ю.А., Проскурнина Е.В., 2009; Заббарова И.В., 2004; Меньщикова Е.Б., Ланкин В.З., Зенков Н.К., 2006; Глянько А.К., Митанов Н.Б., Степанова А.В., 2009 и др.).

Вышеизложенное диктует необходимость изыскания неинвазивных физических регуляторов образования и секреции эндогенного оксида азота на основе естественных физиологических процессов. Перспективным с этой точки зрения является использование ЭМИ на частотах молекулярного спектра излучения и поглощения оксида азота (Киричук В.Ф., Антипова О.Н., Креницкий А.П., 2004; Киричук В.Ф., Иванов А.Н., Антипова О.Н. и соавт., 2004).

Важнейшим регулятором биологических процессов в клетках является также кислород в его реактивных формах (РФК). Именно РФК рассматриваются как одна из систем внутриклеточных и межклеточных мессенджеров (Khan A.U., Wilson T., 1995; Гамалей И.А., Клюбин И.В., 1996; Зенков Н.К., 2009 и др.).

Известно, что при облучении на частотах биологически активных молекул из кислорода образуется его реактивные формы (Майбородин А.В., Креницкий А.П., Тупикин В.Д. и соавт., 2001). Можно полагать, что при использовании частот МСПИ молекулярного кислорода (О2) эти процессы будут активизироваться.

Число работ, посвященных исследованию воздействия электромагнитного излучения на микроорганизмы, сравнительно невелико, и они в основном проводились на клетках дрожжей (Grundler W., Kaiser F. et al., 1992; Grundler W., Jentzsch U. et al., 1988; Голант М.Б., Кузнецов А.Г., Божанова Т.П., 1994; Гамаюрова В.С., Крыницкая А.Ю., Астраханцева М.Н., 2003; Вызулина В.И., 2008), актиномицетов, цианобактерий (Гуляев Ю.В., Тамбиев А.Х., 2003; Webb S.J., Dodds D.D., 1969; Gandhi O.P., 1983; Belyaev I.Y. et al., 1992, 1993, 1994, 2000; Belyaev I.Y., 2005; Брюхова А.К., 1991; Курлаев П.П., Чернова О.Л., Киргизова С.Б., 2000; Иванова Ю.В., 2004, 2007). Единичные сообщения посвящены изучению действия электромагнитного излучения СВЧ-диапазона с частотами 2,45 ГГц и 10 ГГц на условно-патогенные бактерии (Иванова Ю.В., Гусак И.В., 2009).

В последние десятилетия в результате фундаментальных исследований в России было создано новое перспективное направление медицины –
КВЧ-терапия (крайне высокочастотная терапия, микрорезонансная терапия, миллиметровая терапия). Использование этого метода в терапии ряда заболеваний человека является одним из активно развивающихся направлений современной клинической медицины.

Лечение гнойно-воспалительных заболеваний и послеоперационных осложнений относится к наиболее актуальным проблемам современной медицины. Анализ отечественных и мировых проспективных исследований свидетельствует о том, что число этих заболеваний не имеет тенденции к снижению, особенно у лиц молодого и среднего возраста, что обусловливает социальную значимость проблемы. Рост числа больных с осложненным течением острых воспалительных заболеваний, полимикробное инфицирование, резистентность к антибактериальным препаратам, быстрое развитие септического шока и полиорганной недостаточности диктуют необходимость совершенствования известных и поиска новых методов лечения гнойно-воспалительных заболеваний и послеоперационных осложнений.

Немедикоментозные методы лечения заболеваний не только альтернативны лекарственным, но в ряде случаев имеют значительные преимущества как методы функциональной регулирующей терапии. Предложено много средств и методов, ускоряющих репаративно-регенераторные процессы в ранах. Однако проблема в целом остается еще далекой от своего разрешения. Определенные надежды появились в связи с внедрением в гнойную хирургию физико-химических методов терапии.

В настоящее время наблюдается переход от традиционного представления о бактериях как строго одноклеточных организмах к представлению о микробных сообществах как целостных структурах, регулирующих свои поведенческие реакции в зависимости от изменения условий обитания. Накоплено достаточно данных о механизмах, посредством которых осуществляются внутрипопуляционные, межвидовые и межштаммовые контакты у микроорганизмов, а также их взаимодействие с организмом хозяина. Процесс внутрипопуляционного информационного обмена бактериальных клеток между собой получил название «кворум сенсинг» (quorum sensing) (Greenberg Е., Winans S., 1996; Bauer W.D., Robinson J.B., 2002). Одним из механизмов «кворум сенсинга» является формирование биопленок.

Открытие и изучение биопленок является важным достижением микробиологии последних двадцати лет. Все представители нормальной микрофлоры в организме человека существуют в составе биопленок. С их образования также начинается развитие любой инфекции (Тец В.В., 1998; Тец В.В. и соавт., 2008; Tetz V.V., 1996, 2004; Costerton J.W., Stewart P.S., Greenberg E.P., 1999; Costerton W., Veeh R., Shirtliff M. et al., 2003; O’Toolе G.A., Kaplan H.B., Kolter R., 2000).

Существование бактерий внутри биопленок обеспечивает им много преимуществ по сравнению с изолированными клетками. Для практической медицины особенно важно, что бактерии в биопленках имеют повышенную выживаемость в присутствии агрессивных веществ, факторов иммунной защиты и антибиотиков. Бактерии и грибы в биопленках выживают в присутствии антибиотиков, добавленных в количестве, в 500-1000 раз большем, чем их минимальная подавляющая концентрация (Donlan R.M., Costerton J.W., 2002; Davies D., 2003; Campanac C., Pineau L. et al., 2002; Hunt S.M., Philip S.S., 2006; Harrison J.J., Ceri H., Roper N.J. et al., 2005).

Представление о биопленках изменяет подходы к лечению ряда заболеваний. В настоящее время необходимы новые методы, которые смогут воздействовать на механизмы формирования и функционирования бактериальных сообществ в виде биопленок.

Создание генераторов, работающих на частотах спектров поглощения и излучения биологически активных молекул, позволило приступить к изучению влияния ЭМИ данных частотных диапазонов на различные биологические объекты и, возможно, откроет новые направления в практическом использовании электромагнитных волн.

В доступной литературе не обнаружено сведений, характеризующих влияние ЭМИ на частотах МСПИ оксида азота и атмосферного кислорода на прокариотические организмы.

Целью диссертационного исследования явилось изучение влияния электромагнитного излучения на частотах биологически активных молекул (молекулярного кислорода и оксида азота) на бактерии.

Достижение поставленной цели потребовало решения следующей группы задач, отражающих логическую последовательность предпринятого исследования.

Задачи исследования

  1. Изучить влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на динамику развития бактериальных популяций.
  2. Оценить влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на чувствительность бактерий к антибиотикам.
  3. Исследовать активность ферментов антиоксидантной защиты бактериальных культур, подвергнутых воздействию ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2.
  4. Определить показатели перекисного окисления липидов у бактериальных культур, подвергнутых воздействию ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2.
  5. Охарактеризовать способность к образованию бактериальных биопленок у культур, подвергнутых воздействию ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2.
  6. Изучить влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на течение экспериментальной раневой инфекции.
  7. Оценить эффективность совместного действия ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 и антибиотиков на течение экспериментальной раневой инфекции.

Научная новизна работы

Впервые изучено влияние на прокариотические клетки ЭМИ терагерцового диапазона частот, в котором находятся молекулярные спектры поглощения и излучения различных клеточных метаболитов, в том числе NO и O2.

В качестве источника электромагнитных волн использовался впервые разработанный в ОАО «ЦНИИИА» (г. Саратов) генератор, в котором возбуждались электромагнитные КВЧ-колебания, имитирующие структуру молекулярного спектра поглощения и излучения атмосферного кислорода на частоте 129±2 ГГц и оксида азота на частоте 150±2 ГГц.

Впервые изучено влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на динамику развития популяций микроорганизмов. Показано, что воздействие ЭМИ на частоте МСПИ O2 в фазе логарифмического размножения в течение 30 минут стимулирует развитие популяции прокариотических клеток. В то же время воздействие ЭМИ на частоте МСПИ NO не оказывало существенного влияния на динамику развития популяции прокариот независимо от времени воздействия и фазы развития популяции.

Впервые установлено влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на чувствительность микроорганизмов к антибиотикам. Установлено, что облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO при 30-минутной экспозиции приводило к снижению уровня устойчивости как грамположительных, так и грамотрицательных бактерий ко всем изученным антибиотикам, независимо от исходного уровня устойчивости и механизма действия антибиотиков, тогда как облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 существенно не влияло на уровень устойчивости бактерий к антибиотикам.

Проведенные исследования показали, что изученные частотные диапазоны угнетают экспрессию генов лекарственной устойчивости бактериальных клеток.

Впервые изучено влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на активность ферментов: супероксиддисмутазы, каталазы и пероксидазы прокариот. Выявлено, что облучение ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 повышает активность ферментов антиоксидантной защиты бактерий и не влияет на показатели перекисного окисления липидов (ПОЛ).

Впервые показано влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на течение экспериментальной раневой инфекции. Установлено, что использование ЭМИ на частоте МСПИ NO ускоряет заживление ран. Это касалось инфекции, вызванной как антибиотикочувствительными, так и антибиотикоустойчивыми штаммами микроорганизмов. Сочетанное применение ЭМИ на частоте МСПИ NO с антибиотиками при лечении экспериментальной раневой инфекции было более эффективно, чем применение только антибиотикотерапии или же только ЭМИ на частоте МСПИ NO.

Впервые выявлено влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на образование биопленок микроорганизмов. Показано, что облучение культуры бактерий ЭМИ на частоте МСПИ O2 повышает способность микроорганизмов к пленкообразованию, в то время как облучение культуры ЭМИ на частоте МСПИ NO снижает эту способность.

Практическая значимость

Полученные результаты по повышению скорости размножения культур прокариотических клеток под действием ЭМИ на частоте МСПИ O2 могут быть использованы в биотехнологических процессах для повышения выхода биомассы при производстве различных продуктов микробиологического производства.

Данные о повышении активности метаболических ферментов под действием как ЭМИ на частоте МСПИ NO, так и ЭМИ на частоте МСПИ O2 могут быть использованы в микробиологических производствах по получению продуктов микробного синтеза.

Полученные экспериментальные данные о снижении уровня антибиотикорезистентности, способности к формированию биопленки и положительном влиянии на течение экспериментальной раневой инфекции позволяют рекомендовать данный способ воздействия ЭМИ на частоте МСПИ NO для включения в комплексное лечение больных с гнойно-воспалительными заболеваниями.

Работа является фрагментом отраслевой научно-исследовательской программы: «Исследование влияния на сложные биологические системы электромагнитных колебаний на частотах молекулярных спектров излучения и поглощения веществ, участвующих в метаболических системах» (Договор № 005/037/ 002 от 25 сентября 2001 года с МЗ РФ).

Апробация диссертации

Основные положения работы доложены и обсуждены на XIII, XIV, XV pоссийских cимпозиyмах с мeждyнaрoдным yчаcтиeм «Mиллимeтрoвыe вoлны в медицинe и биoлoгии» (Москва, 2003, 2007, 2009), VII съезде аллергологов и иммунологов СНГ (Санкт-Петербург, 2009), IX съезде Всероссийского научно-практического общества эпидемиологов, микробиологов и паразитологов (Москва, 2007), II Всемирном форуме по астме и респираторной аллергии (Санкт-Петербург, 2009), III Всемирном конгрессе по клинической патологии и реабилитации в медицине (Паттайя, Таиланд, 2005), симпозиуме «Магнитные поля и здоровье человека» (Курск, 2007), Всероссийской научно-практической конференции «Социальные проблемы медицины и экологии человека» (Саратов, 2009), V Всероссийской научно-практической конференции молодых ученых «Стратегия взаимодействия микроорганизмов и растений с окружающей средой» (Саратов, 2010).

Публикации. По материалам диссертации опубликовано 25 работ, в том числе 12 в реферируемых журналах, включенных в перечень периодических научных и научно-практических изданий, рекомендованных ВАК РФ. Получен патент РФ № 2007129978/13 от 19.08.2008 на изобретение «Устройство для облучения клеток биокультуры».

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, обзора литературы, описания материалов, объектов и методов исследования, четырех глав собственных исследований, обсуждения полученных результатов, заключения, выводов, библиографического списка, включающего 317 отечественных и 217 зарубежных источников. Текст диссертации изложен на 265 страницах, содержит 13 таблиц и 47 рисунков.

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. Воздействие ЭМИ на частоте МСПИ O2 приводит к изменению динамики развития бактериальных популяций.
  2. Облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO снижает уровень устойчивости грамположительных и грамотрицательных бактерий к антибиотикам с различным механизмом действия.
  3. Облучение ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 угнетает экспрессию генов лекарственной устойчивости.
  4. Воздействие ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 изменяет уровень активности ферментов антиоксидантной защиты бактерий.
  5. Применение ЭМИ на частоте МСПИ O2 при лечении экспериментальной гнойной инфекции существенно не влияет на течение раневого процесса. Применение ЭМИ на частоте МСПИ NO при лечении экспериментальной гнойной инфекции положительно сказывается на течение раневой инфекции – стимулирует заживление и сокращает сроки эпитализации гнойных ран.
  6. Сочетанное применение ЭМИ на частоте МСПИ NO с антибиотиками при лечении экспериментальной гнойной инфекции более эффективно, чем лечение каждым из них в отдельности.
  7. Облучение ЭМИ на частоте МСПИ O2 повышает способность бактерий к формированию биопленки, a облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO тормозит этот процесс.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

В работе были использованы стандартные штаммы E. coli АТСС 25922, S. aureus АТСС 6538-Р, P. aeruginosa АТСС 27853, полученные из Государственного НИИ стандартизации и контроля медицинских биологических препаратов им. Л.А. Тарасевича; E. coli j 53 (RP-1) (плазмидная устойчивость к канамицину (Km), тетрациклину (Tc)) и E. coli j 53 (R 100.1) (плазмидная устойчивость к левомицетину (Cm) и стрептомицину (Sm)), полученные из музея живых культур Российского научно-исследовательского противочумного института «Микроб»; 40 клинических штаммов E. coli, S. aureus и 50 штаммов P. aeruginosa, выделенных от больных, находившихся на лечении во 2-й клинической больнице г. Саратова.

Питательные среды: мясо-пептонный бульон (МПБ) (Махачкала, Россия), мясо-пептонный агар (Махачкала, Россия), бульон Мюллера-Хинтона («bioMerieux», Франция), агар Мюллера-Хинтона («bioMerieux», Франция), трипказо-соевый агар («bioMerieux», Франция), среда LB («Sigma», США).

Антибиотики: цефтазидим («Синтез», Россия), цефотаксим («Lek DD», Словения), стрептомицин сульфат («Агрофарм» Россия), канамицин («ICN», США), гентамицин («Lederle», США), амикацин («Биосинтез», Россия), левомицетин натрия сукцинат («Синтез» Россия), линкомицин («Lek DD», Словения).

Реактивы: фосфатный буферный раствор («ТехноСоюз», Россия), раствор хлорида натрия («ТехноСоюз», Россия), нитросиний тетразолий – НСТ («Sigma», США), НАДН («Sigma», США), трихлоруксусная кислота, соляная кислота, гептан («ТехноСоюз», Россия), изопропиловый спирт («ТехноСоюз», Россия), серная кислота («ТехноСоюз», Россия).

Экспериментальные животные: белые беспородные мыши, самцы, массой 18-20 г.

Эксперименты по изучению воздействия электромагнитного излучения на частотах молекулярных спектров излучения и поглощения оксида азота и атмосферного кислорода проводились на впервые разработанных в ОАО «ЦНИИИА» (г. Саратов) генераторах, в которых возбуждались электромагнитные КВЧ-колебания, имитирующие структуру молекулярного спектра поглощения и излучения атмосферного кислорода на частотах 129±2 ГГц и оксида азота 150±2 ГГц (Креницкий А.П., Майбородин А.В., Бецкий О.В.
и соавт., 2003).

Точное значение заданной частоты определяли в соответствии с международной базой данных молекулярных спектров высокого разрешения HITRAN, созданной с участием космического агентства и с учетом поправок на атмосферное давление и температуру окружающей среды (Бецкий О.В.
и соавт., 2007).

В работе использовались два типа генераторов: стационарный и малогабаритный.

Стационарный генератор: квазиоптический КВЧ-генератор детерминированных шумов, разработанный в ОАО «ЦНИИИА» (г. Саратов) (Креницкий А.П., Майбородин А.В., Бецкий О.В. и соавт., 2003).

Одним из важных условий культивирования прокариотических клеток является температура окружающей среды. В связи с этим при проведении исследований по воздействию электромагнитного излучения на прокариотические клетки необходимо было обеспечить условия термостабилизации в процессе облучения. Для этого была разработана установка, состоящая из суховоздушного термостата ТС-80М-22 и помещенного в него квазиоптического генератора. С помощью квазиоптического программируемого генератора обеспечивалось облучение объектов исследования на частотах молекулярных спектров поглощения и излучения атмосферного кислорода (129 ГГц) и оксида азота (150 ГГц) непосредственно в процессе термостатирования.

Малогабаритный генератор: генератор, работающий на частотах 129 ГГц и 150 ГГц, разработан в медико-технической ассоциации КВЧ (г. Москва) совместно с ФГУП «НПП-Исток» (г. Фрязино) и ОАО «ЦНИИИА»
(г. Саратов).

Малогабаритный генератор использовался для облучения животных, при экспериментальной раневой инфекции; во всех остальных экспериментах использовался стационарный генератор.

Минимальную подавляющую концентрацию (МПК) антибиотиков определяли в жидкой питательной среде Мюллера-Хинтона методом серийных разведений (МУК 4.2.1890-04.).

Результаты влияния ЭМИ на уровень устойчивости к антибиотикам оценивали по коэффициенту ингибирования устойчивости (КИУ), равному отношению МПК антибиотиков до и после облучения бактериальных культур.

Антибиотикочувствительные мутанты выявлялись методом реплик (Lederberg J., Lederberg E.M., 1952) после воздействия на культуры кишечной палочки ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2.

Активность каталазы определяли колориметрическим методом (Королюк М.А., 1988).

Активность супероксиддисмутазы (СОД) оценивали по методике
С. Чевари и соавт. (1981).

Для оценки активности пероксидазы использовали метод А.Н. Бояркина (Ермаков А.И., 1987).

Определение диеновых конъюгатов (ДК) проводили по методу И.Д. Стальной (1977), малонового диальдегида (МДА) – по методу И.Д. Стальной и Г.Г. Гаришвили (1977).

Гемолитическую активность бактерий оценивали по диаметру зоны гемолиза вокруг колоний исследуемых штаммов на кровяном агаре, содержащем 5% отмытых физиологическим раствором эритроцитов (Выгодчиков Г.В., 1963). Штаммы, для которых эта величина составила менее 3 мм, оценивались как обладающие низкой гемолитической активностью; зона гемолиза, равная 3-6 мм, свидетельствовала о средней степени гемолитической активности, более 6 мм – о высокой.

Протеолитическую активность штаммов определяли на среде, содержащей 2% LA и 30% молока (Citti I., 1963). О количественном значении данного признака судили по размерам диаметра зоны просветления. При диаметре зоны просветления до 3 мм штамм расценивался как обладающий низкой протеолитической активностью, 3-4 мм – средней, более 4 мм – высокой.

Вирулентность штаммов определяли при внутрибрюшинном заражении белых мышей взвесью суточной культуры бактерий. Вычисление LD50 проводили по методу Кербера в модификации И.П. Ашмарина (1962).

Раневую инфекцию воспроизводили на белых беспородных мышах, самцах, массой 18-20 г в соответствии с требованиями Федерального закона от 01.01.1997 г. «О защите животных от жестокого обращения» и предписаниями Женевской конвенции «International Guiding Principles for Biomedical Research Involving Animals» (Geneva, 1990). Животным под легким эфирным наркозом на предварительно выбритых участках кожи в области спины наносили кожные раны длиной и шириной 10,0 мм, глубиной 2,0 мм. Раневая инфекция воспроизводилась путем инфицирования поверхности раны взвесью суточной агаровой культуры в количества 0,1 мл микробной взвеси (109 мк.т./мл). Раневая инфекция развивалась к третьим суткам.

Оценку результатов проводили по двум показателям: планиметрическое исследование раневой поверхности и сроки заживления ран (Попова Л.Н., 1942; Фенчин К.И., 1979). Лечение антибиотиками и электромагнитным излучением осуществляли ежедневно, начиная с третьих суток от момента инфицирования раны, в течение десяти дней. Срок наблюдения за животными составлял 30 дней.

Образование биопленок изучали на основании определения способности штаммов P. aeruginosa к адгезии на поверхности 96-луночной полистероловой планшеты (Штейн И.В., Арендс И.М., Сорокина Т.А и соавт., 1989; Тец Г.В., 2007). В лунки пластиковых планшетов (96-луночные планшеты Sarstedt, Германия) вносили по 0,1 мл бульонной культуры бактерий (5107 КОЕ), выращивали в течение 24 часов при 37°С. В качестве контроля в лунки вносили 0,1 мл жидкой питательной среды. Для оценки состояния биопленок удаляли содержимое лунок, промывали трехкратно фосфатным буфером, высушивали, окрашивали раствором генцианвиолета (50 мкл/лунку) в течение десяти минут, промывали фосфатным буфером, затем добавляли 96O-ный этиловый спирт (200 мкл/лунку) и учитывали результаты на ридере (iEMS-Reader фирмы «Thermo Labsystems», Финляндия) при длине волны 540 нм.

Для изучения влияния ЭМИ на динамику развития бактериальных популяций суточную агаровую культуру тест-штаммов кишечной палочки и стафилококка смывали физиологическим раствором. Концентрацию клеток по оптическому стандарту мутности доводили до 105 микробных тел в 1 мл и по 0,1 мл этой взвеси засевали в мясо-пептонный бульон, разлитый по 100 мл в колбы Эрленмейера объемом 300 мл каждая. На спектрофотометре СФ-26 при длине волны 560 нм определяли оптическую плотность (ОП) полученных взвесей. Посевы помещали в термостат при 37°С и выращивали в металлическом контейнере, экранировавшем бактериальные клетки от облучения. Для обеспечения одинаковых условий развития на протяжении 24 часов внутри контейнера и внутри рабочей камеры поддерживалась постоянная температура 37°С. Одна из колб служила контролем, другие – опытные.

Через 1, 6, 12 часов роста одну из опытных колб извлекали из контейнера и в том же термостате подвергали облучению ЭМИ на частотах молекулярного спектра поглощения атмосферного кислорода и оксида азота (129±2 ГГц, 150±2 ГГц) в течение 15 и 30 минут при плотности мощности 0,3 мВт/см2, после чего вновь помещали в контейнер и продолжали культивировать до конца суток. Измерение оптической плотности всех исследуемых образцов проводили на разных сроках развития популяции.

Для изучения влияния ЭМИ на активность ферментов и уровень устойчивости бактерий к антибиотикам суточные культуры испытуемых микроорганизмов, выращенные на мясо-пептонном агаре, смывали 0,14М NaCl. Концентрацию клеток по оптическому стандарту мутности доводили до 109 микробных тел в 1 мл. Аликвоту этой взвеси в количестве 1,5 мл вносили в пробирки типа «Эппендорф», а на 6-м часу культивирования подвергали воздействию ЭМИ в течение 10, 30, 45 и 60 минут. Контролем служили необлученные культуры.

Для изучения влияния ЭМИ на течение экспериментальной раневой инфекции облучение ЭМИ проводили локально – на область раневого дефекта. Излучение было направлено вертикально сверху вниз, на расстоянии 2 см от раневой поверхности. Мощность излучения генератора составляла 0,7 мВт, а плотность мощности, падающей на участок кожи, равнялась 0,3 мВт/см2. Контрольные животные подвергались процедурам имитации воздействия, для чего мышей помещали в зону облучения при выключенном генераторе. Облучение животных и имитацию воздействия проводили в течение 10 минут.

Для изучения влияния ЭМИ на формирование бактериальной биопленки облучение ЭМИ культур испытуемых микроорганизмов, разлитых в 96-луночные полистероловые планшеты, осуществляли через 1, 6 и 12 часов с момента культивирования.

Методы статистической обработки. Статистическую обработку результатов и анализ данных проводили с помощью стандартных компьютерных программ Microsoft Excel (7.0 для Windows XP) и Statistica 6.0.

РЕЗУЛЬТАТЫ СОБСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ
И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2
на динамику развития популяций бактерий

В микробиологии успех любого исследования во многом зависит от того, настолько изучены характер роста данного микроорганизма и его питательные потребности. Характеристики роста отражают физиологические особенности микроорганизмов. Любое изменение внешней среды для растущих клеток можно рассматривать как стрессорные факторы. Первоначальный ответ микробных клеток на любой стресс направлен на то, чтобы нивелировать вызванные им сдвиги внутриклеточного равновесия и обеспечить свое выживание. Почти во всех случаях этот первый ответ основан на уже действующих биохимических механизмах. Во вторую очередь могут происходить изменения в экспрессии генов – для синтеза новых компонентов или для стимуляции имеющихся систем.

Объектом исследования были эталонные штаммы E. coli ATCC 25922,
S. aureus ATCC 6538-P(209P).

Установлено, что электромагнитное излучение на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO в течение 15 и 30 минут, проведенное через 1 час от начала культивирования, не влияет на развитие популяции.

Из представленных данных (рис. 1-4) видно, что 15 минутное воздействие ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO, проведенное на 6-м часу культивирования, также практически не влияло на развитие популяции. Оптическая плотность облученных культур как кишечной палочки, так и стафилококка незначительно возрастала, но разница с контрольной пробой статистически недостоверна (р>0,05).

 Кривые роста культур E. coli при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ O2-0

Рис. 1. Кривые роста культур E. coli при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ O2 через 6 часов от начала культивирования

После 30-минутного воздействия ЭМИ на частоте МСПИ О2 на 6-м часу культивирования оптическая плотность облученных культур как кишечной палочки, так и стафилококка возрастала и составила для E. coli к 8-му часу – 1,0±0,03 ед., а к 12-му часу – 1,42±0,04 ед. В контрольной пробе показатель оптической плотности составлял 0,80±0,01 ед. и 1,12±0,01 ед. соответственно, для S. aureus к 8-му часу – 1,20±0,04 ед.; к 12-му часу – 1,75±0,04 ед., в контрольной пробе – 0,90±0,01 ед. и 1,27±0,04 ед. Таким образом, развитие популяции облученных культур по сравнению с контрольной культурой происходило более интенсивно.

Показатели оптической плотности культур E. coli и S. aureus, облученных ЭМИ на частоте МСПИ NO на 6-м часу культивирования в течение 30 минут, были немного ниже, чем контрольные, но эта разница статистически недостоверна (р>0,05).

Результаты экспериментов, в которых культуры E. coli и S. aureus облучали на 12-м часу развития популяции ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 в течение 15 и 30 минут, свидетельствуют, что облучение, проведенное в это время, не влияет на развитие популяции. Показатели оптической плотности облученных и необлученных культур одинаковые.

 Кривые роста культур S. aureus при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ O2-1

Рис. 2. Кривые роста культур S. aureus при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ O2 через 6 часов от начала культивирования

Результаты проведенных исследований свидетельствуют, что воздействие ЭМИ на частоте МСПИ О2 в фазе логарифмического размножения стимулирует развитие популяции. Известно, что в этой фазе культуры бактерий обладают наибольшей физиологической активностью и проявляют высокую чувствительность к действию различных экзогенных и эндогенных факторов, стимулирующих или подавляющих их рост (Рассудов С.М., 1954; Гаврилюк Б.К., 1955). Различия в скорости размножения культур, облученных в начальной и максимальной стационарных фазах, статистически недостоверны.

 Кривые роста культур E. coli при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO-2

Рис. 3. Кривые роста культур E. coli при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ NO через 6 часов от начала культивирования

Тот факт, что скорость развития популяций, облученных в начальной или максимальной стационарной фазах, существенно не изменяется, позволяет предположить, что активация роста культур, облученных в логарифмической фазе развития, обусловлена в основном образованием кислорода в цитоплазме активно делящихся клеток.

С нашей точки зрения, облучение ЭМИ на частоте МСПИ O2 не только и не столько активизирует кислород, содержащийся в питательной среде, но, главное, повышает реакционную способность не только кислорода, диффундируемого в биомассу, но и внутриклеточного кислорода за счет образования его реактивных форм.

Литературные данные указывают на то, что в зависимости от уровня концентрации в биообъектах оксида азота проявляется «двойственность» эффектов воздействия (Марков Х.М., 1996; Северина И.С., 1998; Снайдер С.Х., Бредт Д.С., 1992). С одной стороны, он является мессенджером при реализации значительного ряда физиологических функций. С другой стороны, при более высоком уровне концентрации оксида азота проявляется его цитотоксическое действие (Ванин А.Ф., 2000; Северина И.С., 1998).

 Кривые роста культур S. aureus при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO-3

Рис. 4. Кривые роста культур S. aureus при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ NO через 6 часов от начала культивирования

В наших опытах продемонстрировано, что облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO не оказывает влияния на развитие популяции, независимо от того, в какой фазе размножения производилось облучение электромагнитными волнами.

Влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2
на уровень устойчивости грамположительных и грамотрицательных бактерий к антибиотикам с различным механизмом действия

Помимо клинического, феномен лекарственной устойчивости представляет и общебиологический интерес, так как резистентность к потенциально повреждающим агентам свойственна клеткам самого разного происхождения. Выявление сущности и механизмов снижения чувствительности бактерий к антимикробным препаратам способствует пониманию общих закономерностей изменчивости и наследственности, взаимодействия хромосомных и внехромосомных генов, а также решению целого ряда других биологических проблем.

Изучение влияния на фенотипическое проявление устойчивости E. сoli, S. aureus, P. aeruginosa к антибиотикам осуществлялось на 60 штаммах. В опыт взято по 20 культур каждого вида, обладающих различным уровнем устойчивости. Один антибиотик взят из группы ингибиторов синтеза пептидогликана, второй – ингибитор синтеза белка.

Нами показано, что облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при экспозиции 10 и 30 минут практически не изменяло чувствительности изученных штаммов E. сoli как к цефотаксиму, так и гентамицину. Количество штаммов, для которых КИУ был равен или выше двух, составляло 20% как при 10-, так и при 30-минутной экспозиции.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при экспозиции 10 и 30 минут ни в одном случае не изменяло уровень устойчивости изученных штаммов
P. aeruginosa к амикацину и цефтазидиму.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при экспозиции 10 и 30 минут изменяло чувствительность части изученных штаммов S. aureus как к линкомицину, так и к оксациллину. Количество штаммов, устойчивых к линкомицину, для которых КИУ был равен двум или выше двух, составляло 30% как при 10-, так и при 30-минутной экспозиции. Количество штаммов, устойчивых к оксациллину, для которых КИУ был равен или выше двух, составляло 20% при 10-минутной и 10% при 30-минутной экспозиции.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO изменяло чувствительность части изученных штаммов E. сoli к цефотаксиму и к гентамицину. Количество штаммов, устойчивых к цефотаксиму, для которых КИУ был равен двум, составляло 20% как при 10-, так и при 30-минутной экспозиции. Количество штаммов, для которых КИУ был выше двух, составляло 20% при экспозиции 10 минут и 40% при экспозиции 30 минут. Количество штаммов, устойчивых к гентамицину, для которых КИУ был равен двум, составляло 20% при экспозиции 10 и 30 минут. Количество штаммов, устойчивых к гентамицину, для которых КИУ был выше двух, составляло 10% при экспозиции 10 минут и 20% при экспозиции 30 минут.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO изменяло чувствительность части изученных штаммов P. aeruginosa к амикацину и цефтазидиму. Количество штаммов, устойчивых к амикацину, для которых КИУ был равен двум, составляло 20% при 10- и 30% при 30-минутной экспозиции. Количество штаммов, для которых КИУ был выше двух, составляло 0% при экспозиции 10 минут и 10% при экспозиции 30 минут. Количество штаммов, устойчивых к цефтазидиму, для которых КИУ был равен двум, составляло 10% при экспозиции 10 и 30 минут. Количество штаммов, устойчивых к цефтазидиму, для которых КИУ был выше двух, составляло 10% при экспозиции 10 минут и 20% при экспозиции 30 минут.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO изменяло чувствительность значительной части изученных штаммов S. aureus как к линкомицину, так и к оксациллину. Количество штаммов, устойчивых к оксациллину, для которых КИУ был равен двум, составляло 40% при 10-минутной и 30% при
30-минутной экспозиции. Количество штаммов, для которых КИУ был выше двух, составляло 20% при экспозиции 10 минут и 40% при экспозиции
30 минут. В 30% случаев наблюдалось снижение МПК антибиотика до уровня, характерного для чувствительных штаммов. Количество линкомицинрезистентных штаммов, для которых КИУ был равен двум, составляло 20% при экспозиции 10 и 30 минут. Количество штаммов, устойчивых к линкомицину, для которых КИУ был выше двух, составляло 20% при экспозиции 10 минут и 40% при экспозиции 30 минут. Выраженность эффекта в отношении различных штаммов была неоднозначной и определялась не только разными частотными характеристиками облучения, но была обусловлена и индивидуальными особенностями штаммов.

Таким образом, облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO при 30-минутной экспозиции приводило к снижению уровня устойчивости как грамположительных, так и грамотрицательных бактерий к изученным антибиотикам, независимо от уровня резистентности бактерий к антибиотикам.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при экспозиции 10 и 30 минут существенно не влияло на уровень устойчивости E. сoli, S. aureus,
P. aeruginosa к антибиотикам с различным механизмом действия.

Влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2
на экспрессию генов лекарственной устойчивости

Прокариотическую клетку, как и любой живой организм, можно рассматривать как продукт ее генов. С этой точки зрения клеточный потенциал определяется совокупностью генов индивидуальной микробной клетки и тех генов, которые дополнительно присутствуют в «коллективном» видовом геноме.

По современным представлениям, хромосомы и плазмиды у прокариот равнозначны как носители генетической информации в том отношении, что экспрессируются под контролем одних и тех же регуляторных механизмов. Таким образом, пути регуляции, выявленные для одного типа этих генетических структур, должны относиться и к другим.

Изучение влияния ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO на экспрессию генов лекарственной устойчивости проведено на двух штаммах кишечной палочки: E. coli j 53 (RP-1), E. coli j 53 (R 100.1). Время экспозиции составляло 30 минут.

Как свидетельствуют представленные данные (рис. 5), спонтанное появление канамицинчувствительных вариантов наблюдалось у 9% клеток штамма E. coli j 53 (RP-1); стрептомицинчувствительных вариантов – у 4%, а левомицетинчувствительных вариантов – у 7% штамма E. coli j 53 (R 100-1).

Рис. 5. Влияние ЭМИ на частотах МСПИ O2 и МСПИ NO
на экспрессию генов плазмид лекарственной устойчивости

После воздействия ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO количество чувствительных клеток увеличивалось.

После воздействия электромагнитного излучения на частоте МСПИ О2 появление канамицинчувствительных вариантов обнаруживалось у 18% клеток штамма E. coli j 53 (RP-1), стрептомицинчувствительных вариантов – у 5%, а левомицетинчувствительных вариантов штамма E. coli j 53 (R 100-1) – у 15%.

Подобная тенденция наблюдалась и при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO: отмечалось появление 21% канамицинчувствительных вариантов, 9% – стрептомицинчувствительных и 18% – левомицитин-чувствительных клеток.

Полученные результаты дают основание предполагать, что облучение ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ О2 при плотности мощности не более 0,3 мВт/см2 угнетало экспрессию генов лекарственной устойчивости плазмиды E. coli RP-1, и плазмиды E. coli R100-1.

Влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2
на активность ферментов антиоксидантной защиты бактерий
и продукты перекисного окисления липидов

Ферменты антиоксидантной защиты: каталаза, супероксиддисмутаза, пероксидаза являются жизненеобходимыми компонентами метаболизма любых прокариотических клеток. Они обеспечивают баланс окислительно-восстановительных систем, необходимых для энергообеспечения жизненного цикла бактериальной клетки. Можно полагать, что различные воздействия, проявляющиеся в изменении развития бактериальных популяций, будут сопровождаться изменениями в активности этих ферментных систем.

Из представленных данных (рис. 6) видно, что при облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 10 минут изменение активности каталазы было незначительным и оказалось достоверным только для клинических штаммов синегнойной палочки.

Уровень активности каталазы при облучении ЭМИ на частоте МСПИ O2 в течение 30 минут возрастал на 9% у эталонного штамма S. aureus и на 5% у клинических штаммов этого вида; на 6% у эталонного штамм E. coli и на 8% – у клинических штаммов; на 5% – у эталонного штамма P. aeruginosa и на 13% – у клинических штаммов.

При облучении ЭМИ на частоте молекулярного кислорода в течение 45 минут активность каталазы также увеличивалась по сравнению с контролем и достигала максимального значения у всех штаммов. Уровень каталазы возрастал на 21% у эталонного штамма S. aureus и на 29% у клинических штаммов; на 32% у эталонного штамма E. coli и на 27% у клинических штаммов; на 17% у эталонного штамма P. aeruginosa и на 33% у клинических штаммов. Полученные данные статистически достоверны.

 Изменения активности каталазы при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ-5

Рис. 6. Изменения активности каталазы при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ О2.* p<0,05; ** p>0,05

При облучении в течение 60 минут уровень каталазы был несколько меньше показателей при 45-минутной экспозиции, но превышал контрольные значения на 12 и 15% у S. aureus; на 12% у E. coli и на 11 и 13% у P. aeruginosa.

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 10 минут уровень активности СОД имел тенденцию к повышению в отличие от уровня активности каталазы и пероксидазы. Он превышал контрольные значения на 2 и 5% у S. aureus; на 8 и 10% у E. coli и на 14% у P. aeruginosa.

При изучении динамики изменения активности СОД (рис. 7) видно, что уровень активности данного фермента после облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 30 минут возрастал на 2% у эталонного штамма S. aureus и на 5% – у клинических штаммов этого вида; на 10% – у эталонного штамма E. coli и на 21% – у клинических штаммов; на 19% – у эталонного и на 17% – у клинических штаммов P. aeruginosa.

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 45 минут активность СОД также увеличивалась по сравнению с контролем у всех штаммов. Активность супероксиддисмутазы возрастала на 27% у эталонного штамма S. aureus и на 31% – у клинических штаммов; на 26% – у эталонного штамма E. coli и на 29% – у клинических штаммов; на 26% – у эталонного штамма P. aeruginosa и на 34% – у клинических штаммов.

 Изменения активности супероксиддисмутазы при воздействии ЭМИ на-6

Рис. 7. Изменения активности супероксиддисмутазы при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ O2.* p<0,05; ** p>0,05

При облучении в течение 60 минут уровень активности СОД уменьшался. Данный показатель был меньше контрольных значений на 9 и 8% у S. aureus; на 1 и 6% у E. coli и на 4% у P. aeruginosa.

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 10 минут не влияло на активность пероксидазы, уровень активности этого фермента практически не отличался от контрольных значений, но имел тенденцию к повышению. Он превышал контрольные значения на 1 и 5% у S. aureus, на 2 и 5% – у E. coli и на 2% – у P. aeruginosa.

При изучении динамики изменения активности пероксидазы (рис. 8) установлено, что уровень активности данного фермента после облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 30 минут возрастал на 7% у эталонного штамма S. aureus и на 15% – у клинических штаммов этого вида; на 6% – у эталонного штамма E. coli и на 12% – у клинических штаммов; на 10% – у эталонного и на 12% – у клинических штаммов
P. aeruginosa.

 Изменения активности пероксидазы при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ-7

Рис. 8. Изменения активности пероксидазы при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ O2.* p<0,05; ** p>0,05

Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 45 минут вело к повышению активности пероксидазы. Уровень активности пероксидазы увеличивался по сравнению с контролем у всех штаммов. Активность пероксидазы возрастала на 13% у эталонного штамма S. aureus и на 17% – у клинических штаммов; на 12% – у эталонного штамма E. coli и на 13% – у клинических штаммов; на 16% – у эталонного и клинических штаммов P. aeruginosa.

При облучении в течение 60 минут уровень активности пероксидазы также превышал контрольные значения. Данный показатель был больше контрольных значений на 17 и 16% у S. aureus; на 18 и 15% у E. coli и на 17 и 18% у P. aeruginosa.

Таким образом, облучение бактериальных взвесей стафилококка, кишечной и синегнойной палочек ЭМИ на частоте МСПИ О2 приводило к повышению активности ферментов антиоксидантной защиты. Данный процесс, при различном времени экспозиции от 10 до 60 минут, развивался постепенно и достигал максимума при 45-минутной экспозиции для каталазы и СОД и 60-минутной экспозиции – для пероксидазы.

Длительная 60-минутная экспозиция приводила к торможению активности и каталазы и супероксиддисмутазы, чего нельзя сказать об активности пероксидазы. Уровень активности пероксидазы был повышен при различном времени экспозиции облучения ЭМИ на частоте МСПИ О2. Такая динамика характерна для всех трех изученных видов бактерий, хотя они и различаются между собой по уровню исходной активности ферментов антиоксидантной защиты.

Повышение активности ферментов антиоксидантной защиты бактерий под воздействием ЭМИ на частоте МСПИ О2 можно объяснить увеличением синтеза кислорода в системе, как результатом воздействия электромагнитных волн на резонансных частотах данной молекулы.

Из анализа представленных данных (рис. 9) следует, что при облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 10 и 30 минут изменения активности каталазы были незначительны и статистически недостоверны.

 Изменения активности каталазы при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ-8

Рис. 9. Изменения активности каталазы при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ NO.* p<0,05; ** p>0,05

Уровень активности каталазы у культур, подвергнутых воздействию облучения ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 45 минут, возрастал на 8% у эталонного штамма S. aureus и на 16% у клинических штаммов этого вида; на 11% – у эталонного штамма E. coli и на 8% – у клинических штаммов; на 13% – у эталонного штамма P. aeruginosa и на 17% – у клинических штаммов.

Особенно четкие изменения отмечались при 60-минутной экспозиции. Уровень активности каталазы увеличивался по сравнению с контролем и достигал максимального значения у всех штаммов. Этот показатель возрастал на 19% у эталонного штамма S. aureus и на 23% – у клинических штаммов; на 12% – у эталонного штамма E. coli и на 31% – у клинических штаммов; на 20% – у эталонного штамма P. aeruginosa и на 37% –
у клинических штаммов. Полученные данные статистически достоверны.

При облучении в течение 10 и 30 минут уровень активности СОД практически не отличался от контрольных значений. Достоверное увеличение отмечено лишь у клинических штаммов P. aeruginosa.

Изучая динамику изменения активности СОД (рис. 10), удалось установить, что уровень активности данного фермента после облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 45 минут у эталонного штамма
S. aureus возрастал на 20% и на 26% – у клинических штаммов этого вида; на 15% – у эталонного штамма E. coli и на 21% – у клинических штаммов; на 25% – у эталонного и на 28% – у клинических штаммов P. aeruginosa.

 Изменения активности супероксиддисмутазы при воздействии ЭМИ на-9

Рис. 10. Изменения активности супероксиддисмутазы при воздействии ЭМИ
на частоте МСПИ NO.* p<0,05; ** p>0,05

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 60 минут уровень активности СОД, так же как и при 45-минутной экспозиции, был выше по сравнению с контрольными значениями на 24% у эталонного штамма
S. aureus и на 25% – у клинических штаммов этого вида; на 22% –
у эталонного штамма E. coli и на 21% – у клинических штаммов; на 25% –
у эталонного и на 27% – у клинических штаммов P. aeruginosa.

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 10 минут уровень активности пероксидазы практически не отличался от контрольных значений, но имел тенденцию к повышению. Он превышал контрольные значения на 2 и 5% у S. aureus, на 3 и 4% у E. coli и на 2 и 3% у P. aeruginosa.

Изучение динамики изменения активности пероксидазы (рис. 11) показало, что уровень активности данного фермента после облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 30 минут возрастал на 8% у эталонного штамма S. aureus и на 12% – у клинических штаммов этого вида; на 5% –
у эталонного штамма E. coli и на 11% – у клинических штаммов; на 10% –
у эталонного и на 10% – у клинических штаммов P. aeruginosa.

 Изменения активности пероксидазы при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ-10

Рис. 11. Изменения активности пероксидазы при воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO.* p<0,05; ** p>0,05

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 45 минут уровень активности пероксидазы также увеличивался по сравнению с контролем у всех штаммов. Активность пероксидазы возрастала на 12% у эталонного штамма S. aureus и на 16% – у клинических штаммов; на 15% у эталонного штамма E. coli и на 14% – у клинических штаммов; на 15 и 17% у эталонного и клинических штаммов P. aeruginosa.

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 60 минут уровень активности пероксидазы также превышал контрольные значения. Данный показатель был выше контрольных значений на 17 и 16% у S. aureus; на 15 и 18% – у E. coli и на 18 и 20% у – P. aeruginosa.

Таким образом, облучение бактериальных взвесей ЭМИ на частоте МСПИ NO приводило к повышению уровня активности ферментов антиоксидантной защиты: каталазы, супероксиддисмутазы и пероксидазы золотистых стафилококков, кишечной и синегнойной палочек. Повышение активности ферментов зависело от длительности облучения. Максимальное повышение отмечалось при 45- и 60-минутной экспозиции. Менее длительная экспозиция облучения ЭМИ на частоте МСПИ NO не изменяла уровень активности ни каталазы, ни СОД, чего нельзя сказать об активности пероксидазы. Уровень активность пероксидазы был повышен при различном времени экспозиции облучения.

Изменение уровня активности ферментов антиоксидазной защиты после воздействия ЭМИ как на частоте МСПИ О2, так и на частоте МСПИ NO не имело видовой специфичности и не зависело от происхождения штаммов.

Повышение активности ферментов антиоксидантной защиты бактерий под воздействием ЭМИ на частоте МСПИ NO можно объяснить генерацией новых молекул оксида азота в системе или активацией реакционной способности предсуществующих молекул, что повлекло запуск определенных механизмов биохимических реакций под действием волн резонансных частот. Увеличение активности изученных ферментов свидетельствует об интенсификации процессов биологического окисления.

Повышение уровня ферментов антиоксидазной защиты при облучении ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 может свидетельствовать о мобилизации компенсаторных функций адаптационных реакций прокариот.

Активатором перекисного окисления служат свободнорадикальные формы кислорода и азота. Субстратом ПОЛ служат полиненасыщенные жирные кислоты. Диеновые конъюгаты, являющиеся первичным продуктом перекисного окисления, увеличивают полярность гидрофобных углеводородных хвостов жирных кислот, которые образуют липидный бислой мембраны.

Полиеновые липиды биомембран являются наиболее вероятной мишенью для кислородных радикалов. Однако образующиеся липидные радикалы, подобно активным формам кислорода, могут атаковать и другие молекулы биополимеров – белков и нуклеиновых кислот. В возникновении повреждений такого рода важную роль играют как первичные (диеновые конъюгаты), так и промежуточные продукты свободнорадикального окисления липидов – малоновый диальдегид (Черданцев Д.В., 2002).

Облучение ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 в течение 10, 30, 45 и 60 минут практически не влияет на показатели перекисного окисления липидов: будь то первичные – диеновые конъюгаты или промежуточные продукты свободнорадикального окисления липидов – малоновый диальдегид.

Изучению роли антиоксидантных ферментов уделяется много внимания, поскольку им отведена важная роль в защите клеток от окислительной деструкции.

На первых этапах стрессового воздействия, вероятно, происходит активация существующих молекул ферментов антиоксидантной защиты и, возможно, синтез ферментов с присутствующих матриц (мРНК). Если этого недостаточно для обеспечения адаптации клетки, включается синтез новых мРНК и молекул фермента, т.е. в каждом конкретном случае активность фермента регулируется в зависимости от метаболических потребностей клеток, что, в свою очередь, определяется интенсивностью стрессового воздействия, его длительностью.

Причины снижения активности одного из ферментов антиоксидантной защиты – СОД – при облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 в течение 60 минут могут быть разнообразными, например истощение пула ферментов в связи с усиленным их расходованием на гашение радикалов O2. Кроме того, поскольку активность ферментов является результатом как их синтеза, так и деградации, уменьшение активности может быть следствием снижения синтеза или повышения деградации молекул фермента (Casano L. et al., 1997; Muthukumarasamy M. et al., 2000 и др.). Снижение активности ферментов при неблагоприятных воздействиях способствует дальнейшему увеличению продукции АФК и развитию окислительных повреждений клеток и тканей. (Jiang H. et al., 2001 и др.).

Внутриклеточные молекулы и ионы оказывают регулирующее влияние на активность ферментов антиоксидантной защиты и экспрессию их генов. Очень мало известно о путях сигнальной трансдукции, которые приводят к индукции антиоксидантной защиты. Как свидетельствуют литературные данные, предполагаемыми участниками в цепи передачи сигналов, приводящих к активации ферментов и экспрессии их генов, являются АФК, ионы кальция, оксид азота, глутатион (Herouart D., Van Montagu M., Inze D., 1993; Herbette S. et al., 2003; Neil S. et al., 2003; Jiang M., Zhang J., 2003).

Что касается АФК, известно, что они не только оказывают вредное воздействие на клетки, но также являются сигнальными молекулами, участвующими в активации защитных систем (Foyer C. et al., 1997; Neill S. et al., 2002). Существует предположение о том, что так называемая окислительная вспышка – усиленная вне- или внутриклеточная продукция АФК на начальном этапе воздействия – является первым событием в цепи передачи сигналов, которое запускает (включает) работу других механизмов защиты (Foyer C. et al., 1997; Lamb C., Dixon R., 1997). Увеличение продукции АФК, очевидно, изменяет редокс-состояние определенных внутриклеточных макромолекул; их окисление или восстановление приводит к активации или ингибированию последующих процессов в цепи передачи сигналов.

Известно, что в условиях окислительного стресса NO может выступать в качестве антиоксиданта, способного, например, подавлять процессы свободнорадикального окисления липидов (Bloodsworth А. et al., 2000; Schafer F. et al., 2002). С другой стороны, при взаимодействии NO с супероксидом и молекулярным кислородом образуются активные формы азота, являющиеся сильными окислителями – пероксинитрит и диоксид азота (Pryor W. et al., 2006). Эти процессы препятствуют функционированию NO как сигнальной молекулы.

В нашем случае облучение бактериальной культуры ЭМИ на частоте МСПИ NO ведет к повышению активности ферментов антиоксидантной защиты, а уровень продуктов перекисного окисления не увеличивается, т.е. в клетке сохраняется баланс между про- и антиоксидантыми системами.

Облучение бактериальной культуры ЭМИ на частоте МСПИ О2 ведет сначала к повышению активности ферментов антиоксидантной защиты, а при более длительном воздействии (60-минутная экспозиция) – к торможению активности и каталазы и супероксиддисмутазы. Уровень активности пероксидазы был повышен и при 60-минутном облучении ЭМИ на частоте О2. При этом уровень продуктов перекисного окисления не увеличивается. Следовательно, в клетке срабатывают защитные реакции и, кроме ферментного звена, включаются другие механизмы защиты, поэтому срыва адаптационных механизмов не происходит.

Разный эффект влияния ЭМИ можно объяснить резонансным взаимодействием излучения с биологическими системами (Давыдов, 1979; Девятков Н.Д., Голант М.Б., Бецкий О.В., 1982, 1991; Frohlich H., 1968; Kaisser, 1995).

Влияние ЭМИ на частотах МСПИ NO и МСПИ O2 на течение экспериментальной гнойной инфекции, вызванной антибиотикочувствительными и антибиотикорезистентными штаммами P. aeruginosa и S. aureus

В настоящее время наиболее значимыми возбудителями гнойно-воспалительных заболеваний являются S. aureus, P. aeruginosa, которые ряд исследователей относят к «проблемным» микроорганизмам (Яковлев С.В., 2000; Сидоренко С.В., 2004; Brook I., Frazier E.H., 1998; Bowler P.G., Duerden B.I., Armstrong D.G., 2001; Church D., Elsayed S. et al., 2006).

В экспериментах использовались по два клинических штамма
P. aeruginosa и S. aureus. Полученные данные представлены на рис. 12-15.

 Сроки эпителизации экспериментальной раны,вызванной инфицированием-11

Рис. 12. Сроки эпителизации экспериментальной раны,
вызванной инфицированием чувствительным штаммом P. aeruginosa

Сравнительный анализ динамики площади заживления ран показал, что в контрольный срок – через 20 суток после заражения – у животных с экспериментальной инфекцией, вызванной P. aeruginosa AmikSCefS, площадь поражения сократилась и в контрольной группе составляла 35,17% от исходной; при лечении амикацином – 17,93% (p<0,05); цефтазидимом – 26,76% (p<0,05); при ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 33,8% (p>0,05); ЭМИ на частоте МСПИ NO – 14,49% (p<0,05); при сочетанном применении амикацина и ЭМИ МСПИ О2 – 24,83% (p<0,05); амикацина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 0% (p<0,05); при сочетанном применении цефтазидима и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 30,3% (p<0,05); цефтазидима и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 0% (p<0,05). Относительная погрешность измерений в эксперименте составляла не более 2%.

 Сроки эпителизации экспериментальной раны, вызванной инфицированием-12

Рис. 13. Сроки эпителизации экспериментальной раны,
вызванной инфицированием устойчивым штаммом P.aeruginosa

Сравнительный анализ динамики площади заживления ран у животных с экспериментальной инфекцией, вызванной P. aeruginosa AmikRCefR, в контрольный срок – на 20-е сутки от момента нанесения и инфицирования ран – показал, что площадь поражения в контрольной группе составляла 31,25% от исходной. В группе животных, получавших лечение только амикацином или цефтазидимом, – 32,5% (p>0,05) и 30,63% (p>0,05) соответственно. Следовательно, результаты лечения только антибиотиками не отличались от результатов в контрольной группе. В группе животных, подвергшихся облучению на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO, – 35,63% (p>0,05) и 16,25% (p<0,05); при сочетанном лечении амикацином и ЭМИ на частоте МСПИ О2 и амикацином с ЭМИ на частоте МСПИ NO – 30,62% (p<0,05) и 7,5% (p<0,05) соответственно; в группах животных, получавших лечение цефтазидимом и ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO, – 34,38% (p>0,05) и 13,13% (p<0,05). Относительная погрешность измерений в эксперименте составляла не более 2%.

 Сроки эпителизации экспериментальной раны, вызванной инфицированием-13

Рис. 14. Сроки эпителизации экспериментальной раны,
вызванной инфицированием чувствительным штаммом S. aureus

Сравнительный анализ динамики площади заживления ран показал, что в контрольный срок – через 20 суток после заражения – у животных с экспериментальной инфекцией, вызванной S. aureus OxacS LincS, чувствительным к оксациллину и линкомицину, к 20-м суткам площадь поражения в контрольной группе составляла 33,87% от исходной, при лечении оксациллином или линкомицином – 15,6% (p<0,05) и 15,45% (p<0,05); при облучении ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO – 35,48% (p>0,05) и 4,03% (p<0,05) соответственно; при сочетанном применении оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 25,8% (p<0,05); оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 0% (p<0,05); при сочетанном применении линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 16,94% (p<0,05); линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 0% (p<0,05). Относительная погрешность измерений в эксперименте составляла не более 2%.

 Сроки эпителизации экспериментальной раны, вызванной инфицированием-14

Рис. 15. Сроки эпителизации экспериментальной раны,
вызванной инфицированием устойчивым штаммом S. aureus

У животных с экспериментальной инфекцией, вызванной S. aureus OxacR LincR, устойчивым к оксациллину и линкомицину, площадь поражения на 20-е сутки в контрольной группе составляла 33,85% от исходной; при лечении оксациллином – 33,08% (p>0,05); линкомицином – 30,08% (p>0,05); при облучении ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 33,08% (p>0,05); ЭМИ на частоте МСПИ NO – 12,3% (p<0,05); при сочетанном применении оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 26,93% (p<0,05); оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 2,3% (p<0,05), при сочетанном применении линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 23,85% (p<0,05); линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 0% (p<0,05). Относительная погрешность измерений в эксперименте составляла не более 2%.

Определяя динамику сроков заживления гнойно-воспалительных ран, удалось установить, что при экспериментальной инфекции, вызванной
P. aeruginosa AmikSCefS, средние сроки заживления составляли в контрольной группе 26,8±2,1 суток; при лечении амикацином – 21,2±1,8 суток (p<0,05); цефтазидимом – 21,7±1,8 суток (p<0,05); при ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 25,8±2,6 суток (p>0,05); ЭМИ на частоте МСПИ NO – 21,5±1,4 суток (p<0,05); при сочетанном применении амикацина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 24,43±1,9 суток (p<0,05); амикацина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 16,2±0,7 суток (p<0,05); при сочетанном применении цефтазидима и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 24,63±1,9 суток (p>0,05); цефтазидима и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 16,4±0,9 суток (p<0,05).

У животных с экспериментальной инфекцией, вызванной P. aeruginosa AmikRCefR, средние сроки заживления ран в контрольной группе составляли 28,4±2,4 суток; в группе животных, получавших лечение только амикацином или цефтазидимом, – 30,1±2,3 суток (p>0,05) и 27,9±2,4 суток (p>0,05) соответственно. В группе животных, подвергшихся облучению ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO, – 30,1±2,7 суток (p>0,05) и 23,2±2,2 суток (p<0,05); при сочетанном лечении амикацином и ЭМИ на частоте МСПИ О2 и амикацина с ЭМИ на частоте МСПИ NO – 25,3±2,2 суток (p<0,05) и 19,8±0,9 суток (p<0,05); в группах животных, получавших лечение цефтазидимом и ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO, – 28,7±2,4 суток (p>0,05) и 19,0±0,8 суток (p<0,05).

У животных с экспериментальной инфекцией, вызванной S. aureus OxacS LincS, средние сроки заживления ран в контрольной группе составили 26,8±2,6 суток; при лечении оксациллином или линкомицином – 22,8±2,4 (p<0,05) и 22,4±2,0 (p<0,05) суток; при ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO – 27,1±3,1 (p>0,05) суток и 20,7±1,9 (p<0,05) суток соответственно; при сочетанном применении оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 23,4±2,4 (p<0,05) суток; оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 16,8 ±1,2 (p<0,05) суток; при сочетанном применении линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 23,4±2,2 (p>0,05) суток; линкомицина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 17,4%±1,2 (p<0,05) суток.

У животных с экспериментальной инфекцией, вызванной вызванной
S. aureus OxacR LincR, устойчивым к оксациллину и линкомицину, средние сроки заживления ран и в контрольной группе составляли 27,1±2,7 суток; при лечении оксациллином и линкомицином – 26,8±2,3 (p>0,05) и 27±2,6 (p>0,05) суток; при ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO – 26,61±2,6 (p>0,05) и 22,1±2,2 (p<0,05) суток соответственно; при сочетанном применении оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ О2 – 24,2±1,8 (p<0,05) суток; оксациллина и ЭМИ на частоте МСПИ NO – 19,8±0,9 суток (p<0,05); при сочетанном применении линкомицина и ЭМИ МСПИ О2 – 21,7±1,9 суток (p<0,05); линкомицина и ЭМИ МСПИ NO – 19,2±1,1 (p<0,05) суток.

Анализируя результаты влияния электромагнитного излучения на частотах кислорода и оксида азота на течение раневого процесса, можно отметить, что ЭМИ на частоте МСПИ О2 практически не влияло на показатели планиметрии и скорость заживления инфицированных ран. Результаты сочетанного применения ЭМИ на частоте МСПИ О2 с антибиотиками были хуже, чем при использовании ЭМИ на частоте МСПИ NO, но лучше, чем в группе животных, не получавших никакого лечения.

Использование в лечении экспериментальной инфекции только ЭМИ на частоте МСПИ NO положительно влияло на течение и скорость заживления ран во всех сериях эксперимента. При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO у всех животных значительно сокращались сроки заживления и площадь раневой поверхности. Это касалось инфекции, вызванной как антибиотикочувствительным, так и антибиотикоустойчивым штаммами синегнойной палочки и стафилококка.

ЭМИ на частоте МСПИ NO действует при лечении инфекции, вызванной антибиотикочувствительными штаммами, так же, как и лечение только антибиотиками (0,05; 0,19, р>0,05 – разница недостоверна). Сочетанное применение ЭМИ на частоте МСПИ NO с антибиотиками при лечении экспериментальной инфекции, вызванной антибиотикочувствительными штаммами, было более эффективно, чем применение только антибиотикотерапии или же только ЭМИ на частоте МСПИ NO.

Результаты лечения не зависели от вида микроорганизма и механизма действия антибиотика. Одинаковый положительный эффект наблюдался при сочетанном применение ЭМИ на частоте МСПИ NO как с антибиотиками, нарушающими синтез клеточной стенки (цефтазидим, оксациллин), так и с антибиотиками – ингибиторами синтеза белка (амикацин, линкомицин).

Таким образом, показано, что облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO при лечении экспериментальной раневой инфекции существенно ускоряет сроки заживления ран. С этих позиций можно рекомендовать данный способ воздействия в комплекс лечения раневых процессов.


Влияние ЭМИ на частотах МСПИ O2 и МСПИ NO
на интенсивность образования биопленок Pseudomonas aeruginosa

В настоящее время бактериальные биопленки рассматриваются как основная форма существования бактерий (Тец В.В. и соавт., 2004, 2008; Shen Y. et al., 2009; Сидоренко С.В., 2004; Белобородова Н.В., Байрамов И.Т., 2008; Costerton J.W., Lewandowski Z, Caldwell D. et al., 1995; Costerton J.W., Veeh R., Shirtliff M. et al., 2003; O’Toolе G.A., Kaplan H.B., Kolter R., 2000), в том числе и на раневых поверхностях, особенно в случаях хронических инфицированных ран (Davis S. et al., 2008; Kirketerp-Moller K., Bjarnsholt T., Kristiansen S. et al., 2007, 2008; Edwards R., Harding K.G., 2004)

Различная степень выраженности факторов вирулентности исследованных штаммов P. aeruginosa отражалась на интенсивности пленкообразования. Способность к формированию бактериальных биопленок наиболее свойственна штаммам, обладающим выраженной протеолитической, гемолитической активностью и пигментообразованием.

Для изучения влияния электромагнитного излучения на процесс пленкообразования использовали штамм P. aeruginosa с наиболее выраженной способностью к образованию биопленки.

Облучение ЭМИ на частотах МСПИ O2 и МСПИ NO проводили через 12 и 24 часа с момента внесения инокулята в лунки планшета. Экспозиция облучения составляла 15, 30 и 45 минут.

Планктонный рост P. aeruginosa при облучении культуры ЭМИ на частоте МСПИ O2 на 12 и 24-м часу возрастал. Максимальные значения оптической плотности были при 30- и 45-минутной экспозиции. По сравнению с контролем этот показатель увеличился: на 12-м часе в 1,63 и 1,67 раза; на 24-м часе в 1,7 и 1,63 раза соответственно. Оптическая плотность биопленок также увеличивалась при 30 и 45 минутах экспозиции: на 12-м часе в 1,26 и 1,25 раза; на 24-м часе в 1,25 и 1,26 раза соответственно.

При воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO на культуру P. aeruginosa в течение 15 и 30 минут через 12 часов с момента внесения инокулята величина оптической плотности планктонного роста оставалась неизменной; при 45-минутной экспозиции происходило ее небольшое увеличение, но данные статистически недостоверны. Оптическая плотность биопленок, напротив, уменьшалась при 30 и 45 минутах воздействия ЭМИ на частоте МСПИ NO: в 1,37 и в 1,33 раза соответственно.

При облучении ЭМИ на частоте МСПИ NO через 24 часа с момента внесения инокулята планктонный рост P. aeruginosa возрастал при 30- и 45-минутной экспозиции в 1,45 и в 1,56 раза по сравнению с оптической плотностью необлученных культур. При 15-минутной экспозиции он не отличался от контрольных проб. Интенсивность пленкообразования уменьшилась при 30- и 45-минутной экспозиции по сравнению с необлученной культурой и культурой, подвергнутой облучению на 24-м часу с момента внесения инокулята в 1,61 и в 1,60 раза соответственно. 15-минутное воздействии ЭМИ на частоте МСПИ NO не влияло на процесс пленкообразования.

Таким образом, облучение культуры бактерий P. aeruginosa ЭМИ на частоте МСПИ NO влияет на процесс пленкообразования. Отмечается снижение интенсивности пленкообразования и переход бактерий в планктонный рост. Это согласуется с работами N. Barraud (2006) и R. Morgan (2006), в которых показано, что сигналом для перехода от биопленки к планктонной форме является генерация оксида азота. Это вещество в сублетальных концентрациях индуцирует дисперсию биопленок (Barraud N. et al., 2006; Morgan R. et al., 2006).

ВЫВОДЫ

  1. Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 в фазе логарифмического размножения в течение 30 минут стимулирует развитие популяции прокариотических клеток, тогда как облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO в течение 15 и 30 минут не влияло на динамику роста испытанных культур. Различий в развитии популяций культур, облученных ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO в начальной и максимальной стационарных фазах, не выявлено.
  2. Облучение ЭМИ на частоте МСПИ NO при 30-минутной экспозиции приводило к снижению уровня устойчивости как грамположительных, так и грамотрицательных бактерий ко всем изученным антибиотикам, независимо от исходного уровня устойчивости микроорганизмов.
  3. Облучение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при экспозиции 10 и 30 минут существенно не влияло на уровень устойчивости E. сoli, S. aureus,
    P. aeruginosa к антибиотикам с различным механизмом действия. Облучение ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO угнетает экспрессию генов плазмид лекарственной устойчивости.
  4. Воздействие ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO вызывало повышение уровня активности ферментов антиоксидантной защиты прокариотических клеток, что свидетельствует о мобилизации компенсаторных функций адаптационных реакций прокариот. Эти изменения зависели от длительности облучения. Облучение ЭМИ на частотах МСПИ О2 и МСПИ NO не влияло на показатели перекисного окисления липидов.
  5. Применение ЭМИ на частоте МСПИ О2 при лечении экспериметальной инфекции практически не влияло на сроки заживления и площадь раневой поверхности. Сочетанное применение ЭМИ на частоте МСПИ О2 с антибиотиками не оказывало существенного влияния на течение экспериментальной инфекции.
  6. Применение ЭМИ на частоте МСПИ NO при экспериментальной инфекции в среднем сокращало сроки заживления на 5,4±0,3 дня и площадь гнойной раны на 21,77% к концу срока наблюдения.
  7. Сочетанное применение ЭМИ на частоте МСПИ NO с антибиотиками при лечении экспериментальной инфекции было более эффективно, чем применение только антибиотикотерапии или же только ЭМИ на частоте МСПИ NO вне зависимости от того, какими штаммами была вызвана инфекция – антибиотикорезистентными или антибиотикочувствительными.
  8. Результаты лечения не зависели от вида микроорганизма и механизма действия антибиотика. Одинаковый положительный эффект наблюдался при сочетанном применение ЭМИ на частоте МСПИ NO как с антибиотиками, нарушающими синтез клеточной стенки (цефтазидим, оксациллин), так и с антибиотиками, ингибиторами синтеза белка (амикацин, линкомицин).
  9. Облучение культуры P. aeruginosa ЭМИ на частоте МСПИ O2 повышает способность микроорганизмов к пленкообразованию, в то время как облучение культуры ЭМИ на частоте МСПИ NO снижает способность к образованию биопленок.

Публикации в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных перечнем ВАК РФ

  1. Стимуляция роста прокариотических клеток под воздействием электромагнитного излучения на частоте молекулярного спектра поглощения молекулярного кислорода / О.В. Бецкий, Ю.В. Гуляев, Е.А. Пронина [и др.] // Доклады Академии наук. 2004. Т. 397, № 6. С. 835-837.
  2. Пронина Е.А., Швиденко И.Г., Шуб Г.М. Экспрессия генов лекарственной устойчивости кишечной палочки под возлействием электромагнитного излучения // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер.: Медицина. 2009. № 3. С. 5-9.
  3. Райкова С.В., Пронина Е.А., Шуб Г.М. Влияние электромагнитных волн терагерцового диапазона на частотах оксида азота на фагоцитарную активность перитонеальных макрофагов белых мышей // Иммунология. 2009. № 5. С. 270-273.
  4. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Влияние электромагнитного излучения на частоте молекулярного спектра поглощения и излучения оксида азота на изменение активности супероксиддисмутазы бактерий // Саратовский научно-медицинский журнал. 2009. Т. 5, № 2. С. 164-166.
  5. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Влияние электромагнитного излучения на частоте молекулярного спектра поглощения и излучения оксида азота на изменение активности каталазы бактерий // Саратовский научно-медицинский журнал. 2009. Т. 5, № 3. С. 321-323.
  6. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Изменения активности каталазы бактерий при электромагнитном излучении на частоте молекулярного спектра поглощения и излучения атмосферного кислорода // Человек и его здоровье: курск. науч.-практ. вестн. 2009. № 2. С. 27-30.
  7. Изменение активности каталазы и супероксиддисмутазы бактерий при действии электромагнитного излучения на частоте излучения и поглощения атмосферного кислорода / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Проблемы особо опасных инфекций. 2009. № 99. С. 55-58.
  8. Влияние электромагнитного излучения на частоте молекулярного спектра поглощения и излучения атмосферного кислорода на активность ферментов антиоксидазной защиты бактерий / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Биомедицинская радиоэлектроника. 2009. № 8. С. 57-63.
  9. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Действие электромагнитного излучения на экспериментальную стафилококковую инфекцию // Фундаментальные исследования. 2010. № 1. С. 80-88.
  10. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Микробные сообщества // Саратовский научно-медицинский журнал. 2010. Т. 6, № 2. С. 245-248.
  11. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Влияние электромагнитного излучения на течение экспериментальной раневой инфекции // Саратовский научно-медицинский журнал. 2010. Т. 6, № 3. С. 501-503.
  12. Пронина Е.А., Шуб Г.М., Швиденко И.Г. Формирование бактериальных биопленок под воздействием электромагнитного излучения // Фундаментальные исследования. 2010. № 10. С. 40-46.

Публикации в иных изданиях

  1. Воздействие электромагнитного излучения спектра поглощения молекулярного кислорода на рост прокариотических клеток / Г.М. Шуб,
    Е.А. Пронина, А.П. Креницкий [и др.] // Миллиметровые волны в медицине и биологии: матер. XIII Pос. cимп. с мeждyнaр. yчаcтиeм. М., 2003. С. 102-105.
  2. Влияние электромагнитного излучения на частоте молекулярного спектра поглощения кислорода на динамику роста прокариотических клеток / Г.М. Шуб, Е.А. Пронина, А.П. Креницкий [и др.]; III World Congress on clinical pathology and rehabilitation medicine, Thailand, 4–11 February 2005 // Аллергология и иммунология. 2005. Т.6, №2. С. 208-209.
  3. Стимуляция роста кишечной палочки под воздействием электромагнитного излучения / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Материалы IX съезда Всероссийского научно-практического общества эпидемиологов, микробиологов и паразитологов: сб. М., 2007. С. 231-232.
  4. Изменение чувствительности кишечной палочки к антибиотикам под воздействием электромагнитного излучения / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб,
    А.П. Креницкий [и др.] // Материалы IX съезда Всероссийского научно-практического общества эпидемиологов, микробиологов и паразитологов: сб. М., 2007. С. 266-267.
  5. Электромагнитное излучение и каталазная активность бактерии / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Магнитные поля и здоровье человека: матер. симп. Курск, 2007. С. 78-79.
  6. Влияние ТГЧ-излучения на частоте молекулярного спектра поглощения оксида азота на лекарственную устойчивость кишечной палочки / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Миллиметровые волны в медицине и биологии: матер. XIV Pос. cимп. с мeждyнaр. yчаcтиeм. М., 2007. С. 138-140.
  7. ММ-волны и активность ферментов антиоксидантной защиты прокариотических клеток / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб, А.П. Креницкий [и др.] // Миллиметровые волны в медицине и биологии: матер. XV Pос. cимп. с мeждyнaр. учаcтиeм. М., 2009. С. 137-139
  8. Пронина Е.А., Райкова С.В., Шуб Г.М. Изменение показателей фагоцитоза при воздействии электромагнитных волн на частотах молекулярного спектра поглощения и излучения оксида азота / VII съезд аллергологов и иммунологов СНГ и II Всемирный форум по астме и респираторной аллергии // Аллергология и иммунология. 2009. Т. 10, № 2. С. 284.
  9. Райкова С.В., Пронина Е.А, Шуб Г.М. Показатели НСТ-теста перитонеальных макрофагов белых мышей, облученных электромагнитными волнами на частотах молекулярного спектра поглощения и излучения оксида азота / VII съезд аллергологов и иммунологов СНГ и II Всемирный форум по астме и респираторной аллергии // Аллергология и иммунология. 2009. Т. 10, № 2. С. 284.
  10. Изучение фагоцитарной активности макрофагов при облучении электромагнитными волнами на частотах молекулярных спектров поглощения и излучения оксида азота / Е.А. Пронина, Г.М. Шуб,
    А.П. Креницкий [и др.] // Миллиметровые волны в медицине и биологии: матер. XV Pос. cимп. с мeждyнaр. учаcтиeм. М., 2009. С. 135-137.
  11. Юдина Е.А., Пронина Е.А. Формирование биопленок Pseudomonas aeruginosa под воздействием электромагнитного излучения // Молодежь и наука: итоги и перспективы: матер. межрегион. науч.-практ. конф., посвящ. 100-летию СГМУ. Саратов, 2009. С. 58.
  12. Пронина Е.А., Райкова С.В., Швиденко И.Г., Шуб Г.М. Изменение активности основных антиоксидантных ферментов бактериальных клеток при облучении волнами терагерцового диапазона // Социальные проблемы медицины и экологии человека: матер. Всерос. науч.-практ. конф. Саратов, 2009. С. 462-464.
  13. Лученков А.А., Филимонов Е.А., Пронина Е.А. Применение электромагнитного излучения при лечении экспериментальной синегнойной инфекции // Молодые ученые – здравоохранению региона: матер. межрегион. науч.-практ. конф. с междунар. участием. Саратов, 2010. С. 241-242.
  1. Устройство для облучения клеток биокультуры: пат. 2007129978/13 (РФ) / А.П. Креницкий, Г.М. Шуб, Е.А. Пронина [и др.], Ru; патентообл.: ЦНИИА (Саратов), ГОУ ВПО «Саратовский государственный медицинский университет Росздрава»; заявл. 06.08.2007; приор. 19.08.2008.



 



<
 
2013 www.disus.ru - «Бесплатная научная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.